Превращение Гадкого утенка

Такое ощущение, что отец ей запретил говорить о чем-то раньше времени.

– И как с этим «чем-то» связана я? – нахмурилась девушка. Я пожала плечами, прикусив губу.

– У меня есть один вариант, но… да нет, это бред.

– Что ты хотела сказать, Истэт? Скажи, – допытывалась сестра, но я стояла на своем.

А потом вновь взяла в руки планшет, продолжив читать книгу, и девушка, громко вздохнув, покинула мою комнату.

Глава 3

Ты сам ставишь себя на последнее место, поэтому и другие ставят тебя туда же.

    Владимир Войнович. Москва 2042

– Истэт, смотри, – обратился ко мне Марк, подойдя ближе, – я только что взломал секретные данные штаба вселенской археологии.

– А нас за это в открытый космос не выкинут? – с опаской спросила я, а мужчина широко улыбнулся, загадочно смотря на меня.

– Они даже не узнают, что их взломали.

Вот что, спрашивается, он делает в отделе исследований? Признаю, наш теоретический отдел был лучший на планете, но ведь с умениями Марка можно было смело идти на военную службу, и получал бы он гораздо больше, чем здесь (хотя зарплата у нас большая для простого народа).

– Не томи, – поторопила я коллегу, который наклонился ко мне, показывая что-то в планшете.

Но в этот момент меня отвлекла высокая фигура нашего шефа, который «повесил» объявление на голографической доске о том, что его не будет в течение трех дней, как и меня.

– Ты не представляешь! Это фантастика! Помнишь, в детстве нам рассказывали сказки о камне исполнения желаний? – я, наконец, отлепила глаза от красивого мужчины и посмотрела в планшет, когда мои глаза удивленно расширились.

– Конечно, помню! – воскликнула я, даже чуть громче, чем следовало, из-за чего удивленные и заинтересованные коллеги подошли к нам, тоже заглядывая в планшет.

– Кажется, он действительно существует! Это голограмма была найдена на компьютере разбившегося корабля, его обломки летали в третьем круге космоса.

– Это может быть модель, а не реальный камень.

– Зачем бы им создавать эту голограмму? Здесь даже написано, что он перевозился в первый круг, то есть о нем говорится, как о реально существующем артефакте!

– С трудом верится, – вздохнула я.