В паутине лжи

Эта кость на вид темнее остальных. Возможно, преступник совершил свое первое убийство в состоянии аффекта, испугался и закопал тело. Но, как я уже говорил, убийство, изнасилование и прочее, что маньяк делает со своими жертвами, – это лишь часть удовольствия. Многие потом приходят на место преступления, чтобы снова испытать ту эйфорию. Можно предположить, что наш игрок тоже вернулся на место преступления, тогда-то у него и начал появляться его ритуал. Судя по анализу ДНК, – Андрей быстро нашел среди бумаг заключение экспертизы и показал его Борису, – посмертные изменения в первой кости выражены сильнее, чем в остальных.

Это его первая жертва.

– Я, как ты понимаешь, сам до этого догадался, – ответил Борис, даже не глядя на кубик, который Андрей продолжал держать в руке. В голосе его читалось пренебрежение, которым он пытался скрыть задетое самолюбие. – И ты не забывай, у нас нет трупа. Нет! Понимаешь? Всё, чем мы с тобой располагаем, – три игральные кости. Сделанные, опять же, как мы с тобой предполагаем, из костей жертв.

Так что короче, теоретик. У нас с тобой есть три имени предположительно жертв нашего маньяка, правильно? Правильно! Я проверил всё, что могло связывать Аню с Таней Матвиенко. Ничего. Учились в разных школах, жили в разных районах города. Тупик, понимаешь? По другим следам его искать надо.

– А внешние связи. Врачи, кружки?

– Да проверил я, – махнул рукой Борис и принялся мять пачку сигарет в ладони. – Что ты по Свете выяснил?

– Валера рассказал мне, что незадолго до ее исчезновения они поссорились.

Ни в какие кружки Света не ходила. Я, знаете, что подумал, а если это школьный психолог? Ну смотрите, все из неблагополучных семей, – начал Андрей, но запнулся и поднял глаза на Бисаева. – Я имел в виду…

– Не мороси, Юдин, – брезгливо бросил Борис. – Если каждый раз ты будешь волноваться, как девочка… Аня – такая же предполагаемая жертва, как Света и Таня.

– У каждой из девочек были проблемы в семье, – продолжил Юдин. – По словам Хрыча, ну, Валерия Седова, Свету обязали ходить к школьному психологу после того, как она подралась с одноклассницей.

Я проверил его. Блохин Илья Витальевич. Ничего существенного Седов про него не сказал. Может быть, Аня тоже ходила к психологу?

– Блохин, говоришь? Ни в деле Тани, ни в деле Ани никакого Блохина не было. Я пробью его по своим каналам.

Борис поднялся и, прихватив с тарелки пирожок, направился к выходу.

– Шкаф запри, – он бросил Юдину ключ и вышел за дверь.