Эльфийский для любителей

Поблагодарив зоркого стража, я уже было хотела броситься к трем присутствующим эльфам, два из которых наверняка знали ответ на мучивший меня вопрос, но остановилась, схваченная за руку. У полукровки тоже были ко мне вопросы. Его интересовало: во?первых, не видела ли я яблочных воров, во?вторых, не видела ли, чтобы где-то продавались яблоки, и в?третьих, не доводилось ли мне самой есть сладкие и сочные яблоки без воскового налета на кожице.

Я задумалась, на пару секунд выпадая из общего шума, и, сообразив, фыркнула.

По всему выходило, что к краже причастен корчмарь. Конечно, если бы в игре присутствовали поставщики яблок или торговцы фруктами, можно было бы усомниться, но таких сведений не поступало, а значит…

– Таким яблоком меня угощала жена корчмаря, – подбирая слова, проговорила я. – Вероятно, они причастны к краже.

– Тари, – неожиданно хмыкнул собеседник, понимая, кто скрывается за личиной.

Мысленно скривившись, я заочно смирилась с появлением нового прозвища. Еще один повод возлюбить эльфов, но у меня и так их было достаточно.

Поводов, разумеется.

Усмехаясь, Варль отправился дальше, а я оказалась одна-одинешенька посреди аудитории. «Эльфы» переговаривались между собой, и влезать между ними я бы не стала, но для старухи Нэн не было разницы между высокородными остроухими и пронырливыми босяками с рынка.

– Ходют тут, вынюхивают, – начала разговор я, припоминая цитату из анкеты персонажа. Не будь там ее, сама бы ни за что по-эльфийски это не озвучила. Таким речам магистр нас не учил.

«Эльфы» одновременно обернулись и воззрились на меня с крайним недоумением, после чего хмыкнули, как и полагалось, а после попытались пройти мимо. Увы, у старухи Нэн был и реквизит. Взмахнув рукой, я попыталась преградить остроухому путь. Угадала, «эльф» недовольно воззрился на воздух рядом с моей рукой, будто перед ним возникла преграда.

– Кто из вас, – я быстро заглянула в анкету, сверяясь со списком «любимых слов» персонажа, – иродов проклятых, похитил калошу?

«Эльфы» замерли.

Один из них, тот, у которого на лбу подозрительно знакомая подошва отпечаталась, сначала позеленел от злости, а после сравнялся цветом лица с помидоркой.

Кажется, похитителя калош я нашла, но вряд ли он ее сохранил. Разве что отдал на сохранение морю. А если так и окажется, мне и с ним разговаривать придется?

– Ах, это вы на старости лет решили избавить мир от Альварана Тармана Саарского?.. – вкрадчиво уточнил спутник пострадавшего «эльфа».