Двенадцать Месяцев. Декабрь

 – Уж и пошутить нельзя.

С полным пренебрежением к угрозе, он важно прошествовал в дом.

– Что же вы стоите, проходите скорее в тепло, – пропустив Ворона Вороновича, Баба Яга приветливо махнула гостям рукой. – Это тебе, Декабрь, мороз не страшен, а спутница твоя и заболеть может.

Только тогда Настя, наконец, посмотрела на дом, в котором жила Яга. Никаких курьих ножек у него не наблюдалось. И вообще, дом выглядел вполне обычным – деревянные брусья, на окнах резные ставни, на двери обычная ручка…

«….а не из кости невинно убиенного!»

И внутри оказалось совсем не страшно.

Светлая горница с высокими потолками. В углу – побеленная печь, а рядом примостились чугунки да ухваты. Посреди комнаты стоял широкий, чисто выскобленный стол, по бокам которого расположились добротные лавки. Одну из стен полностью занимали полки с какими-то баночками, где-то пустыми, а где и наполненными чем-то. На остальных стенах, как и на веревках под потолком, висели сухие травы и цветы. Рядом с печью была еще одна дверь, ведущая в другое помещение.

«Как же здесь красиво и уютно», – радостно подумала Анастасия, снимая, при помощи Дмитрия, свою шубку.

– Проходите, присаживайтесь, сейчас я вас чаем напою, с малиновым вареньем, – Баба Яга в приглашающем жесте указала на лавку, предлагая гостям присесть. А сама, еле заметно прихрамывая, отправилась к печи.

«Интересно, она хромает из-за костяной ноги? – Анастасия, пока женщина не могла заметить, внимательно осмотрела ее. И припомнила рассказ Октября. – Каково девушке было решиться на такой шаг? Да еще в таком возрасте?»

– Прости, Олеся, что не заглядывал к тебе давно, – сев рядом с Настей за стол, Декабрь ласково улыбнулся женщине.

 – Все никак времени найти не мог. Дела и заботы закрутили.

– Я понимаю все, Дмитрий, поэтому не в обиде, – Олеся вернулась к столу, держа на подносе чашки расписные, из которых поднимался ароматный пар. – Погодите маленько, варенье принесу.

Пройдя в другой конец комнаты, Баба Яга наклонилась, откидывая тканый коврик.

Под ним Настя рассмотрела небольшой люк. Потянув за кольцо, Олеся откинула крышку. Щелчком пальцев зажгла маленький световой шарик и стала осторожно спускаться в подпол.

Вернулась она с пузатой банкой. Поставив ее на припечек, обтерла тряпочкой, и только тогда открыла, чтобы наложить варенье в глубокую миску. Прихватив ложки, вернулась к столу, поставив угощение перед гостями. Присев напротив них, Олеся пододвинула чашку Анастасии:

– Пей, милая.