Кочумай, Кочебей. Старая история из жизни детективного агентства

 – Я тогда занимался мифологией… Дело в том, что «солнечный миф» существует, разумеется, в древних метатекстах. Мне же хотелось обнаружить миф, который действует здесь и сейчас, тогда мое открытие можно было бы подтвердить не научными методами, в чем было мне отказано, а совсем другим, но тоже бесспорным способом, опирающимся на законы общекультурного развития…

– Простите, какого открытия? – перебил Пит.

Булатов собрал лоб в поперечные складки, подумал, и как бы решился.

– Будучи биологом, я допустил… Понимаете, природа создала две биолого—энергетические системы, которые хорошо известны, изучены и описаны: ну, на основе переработки каких-то органических соединений, как у животных или людей… впрочем, по большому счету, мы и есть животные… Разве нет? Кроме того, природа создала фотосинтез… Все живые существа делятся именно по этому признаку, по признаку потребления и генерации энергии.

Растения живут, используя фотосинтез, а мы… Ну, в общем, понятно, да?

– Ну, очень в общем, – прищурился Пит.

Ему не хватало в этой жизни только сумасшедшего теоретика.

– Я понял, – тем не менее вдохновился Булатов, – что должен существовать третий, смешанный, или синтетический, способ генерации энергии в живом организме. Представляете, как было бы здорово, если бы нам с вами не надо было есть? Мы бы получали энергию прямо от солнечных лучей. И такая возможность, безусловно, должна существовать! Именно для этих исследований я просил выделить средства в моей лаборатории. Мне отказали…

– Ничего особенно удивительного в этом нет.

Пит перестал слушать. У него мелькнула мысль, что этот человек мог просто свихнуться в лагере. Как, например, Даниил Андреев. Кир считал его «Розу мира» шедевром, но Пит был уверен, что вывести Сталина в образе Сатаны (много чести!) мог только человек, очень сильно ушибленный сталинизмом. Ну, не говоря про мета—Петербург и прот—чее… Разумеется, Пит признавал за Андреевым право на это высокое безумие – там, куда его запихали, могло привидеться и не такое…

Если у Булатова съехала крыша, это объясняет, почему от него ушла жена.

Но не объясняет, почему она захотела провести расследование. А может, она тоже чокнулась? Тогда все в порядке, ей можно сказать, что никто никого не убивал, что Кочин замечательно живет в мета—Петербурге по известному ей адресу, – и получить свои деньги. Или еще проще: когда она приедет (если приедет), объяснить, что за давностью лет работу выполнить невозможно. И не получать никаких денег.