Керрая. Одна любовь на троих. Том 2

Уже с закрытыми глазами я почувствовала, как откидываюсь на подушки, как с меня разматывается самовольная простынь и ложится сверху, совсем как в детстве, под самый подбородок.

– А цветок прими, – отдал распоряжение мужской голос, после чего я окончательно провалилась в сон. И, наверное, во сне услышала тихое и непонятное продолжение фразы: – К сожалению, цветок неизбежен…

Глава 7

Утром я проснулась в прекрасном настроении. Может, потому что лэрд что-то вплел в заклинание и мне снились хорошие сны, может, потому, что спустя даже такое недолгое время, случившееся выглядело гораздо меньшей трагедией.

Да, были поцелуи, но ни одного настоящего. Да, Кайл пытался вызвать к себе симпатию, но сделал все с точностью до наоборот. Скорее всего, он действительно не отступится, по крайней мере, пока, но…

Мужчины с легкостью забывают, даже если любили, а что говорить о простом увлечении?

В Академии много девушек, у них могут сойтись интересы – для начала, а потом…

А потом я не собиралась сидеть и ждать, когда пройдет год и вернется Кайл с твердым намерением сделать меня своей.

У меня был целый год без него. И, возможно, за это время появится человек, которого я буду считать своим? Не станет же Кайл разрушать отношения!

Но даже если и попытается, вряд ли ему позволит лэрд. Смею надеяться, он имеет на племянника планы, в которые я не вхожу.

Впрочем, это не означает, что я попробую завязать серьезные отношения с кем-то другим, лишь бы меня не донимал Кайл. Просто за год действительно может случиться многое, и если я почувствую, что влюбилась, не стану себя одергивать, думая: нет, так нельзя, меня ведь рассчитывает заполучить сам Кайл!

К завтраку я вышла в прекрасном настроении.

Мамы уже не было – она очень рано уходила на работу, чтобы утром у каждого желающего на столе были булочки и пироги с пылу – с жару, а вот папу мне застать удалось. Так как он работал не на хозяина, а на себя и, чего скрывать, на нас с мамой, мог позволить себе встретить рассвет чуть позже.

– Доброе утро, – я чмокнула его в щеку и села за стол, где меня уже дожидались гренки с джемом и чай.

Кинув один из пакетиков чая в чашку, я наблюдала за тем, как окрашивается вода. Папа не одобрял мое увлечение таким чаем, предпочитая то, что хотя бы точно травами пахнет, а не красителями, но уже привык и не кривился при каждом моем глотке.

– Доброе, – ответил он, расправляясь с пушистыми оладьями, наверняка, приготовленными мамой перед уходом.