Все друзья делают это

Чувствуя, что задыхаюсь, Никита позволил мне сделать вдох, и именно он качнул не только воздух в легкие, но и меня обратно в реальность.

– Никит… – выдохнула в губы мужчины и прижала горящее лицо к его шее, прекращая это внезапное погружение в бездну.

Он провел рукой по моим волосам, привычно зарылся в них пятерней и погладил. Мне всегда нравилось, когда он так делал. Но ни разу я не ощущала, насколько это интимно и насколько кричит о том, что мы хоть и друзья, но все-таки женщина и мужчина.

Я собиралась отстраниться – отдышусь, и щеки мои перестанут напоминать по цвету закатное солнце. И смогу спокойно отшутиться, когда мы с Никитой встретимся взглядами. Одну секундочку только, и все.

Друзья могут позволить себе обнимать друг друга. Объятия в дружбе ничего не изменят. Но массаж головы, который продолжал делать Никитой заставил закрыть глаза от блаженства. Он как будто знал это и не хотел выпускать меня из состояния странной неги.

Не знаю, сколько бы мне понадобилось времени, чтобы самой отойти от Никиты, если бы нас не прервали.

– Значит, это правда, – послышался мужской голос за моей спиной. – Вы по-настоящему встречаетесь.

И несмотря на то, что я долго не слышала этого человека, я узнала его. Конечно, узнала. Как могло быть иначе? А сердце, чуть успокоившееся, снова забилось сильнее и попыталось выпрыгнуть из груди следом за уходящим мужчиной.

Я слышала, как затихают его шаги, но не могла заставить себя обернуться и посмотреть на него.

И Никита все еще обнимал меня, и я была не готова, что встреча произойдет именно сегодня. Пожалуй, до конца и не верила, что вообще когда-либо снова увижу его. Но он вернулся.

Он здесь.

Медленно выдохнув, я нерешительно высвободилась из рук Никиты и посмотрела на высокого светловолосого мужчину, который как раз заворачивал за угол дома. Как всегда, в неизменно светлом – белая рубашка, выбеленные джинсы до щиколоток, мягкие белые слипоны. Несмотря на то, что он сам – блондин, белое не превращало его в одно цветовое пятно.

Оно умело подчеркивало – его рост, худощавую фигуру, утонченное, я бы даже сказала, аристократическое лицо и глаза – чайного цвета.

Филипп.

Я могла раньше понять, что он уже здесь. Тепло, которое я ощутила, когда мы были почти у самого дома. Мне всегда становилось тепло, когда он оказывался поблизости, даже если мы еще не видели друг друга, но через пару минут пересекались.