Ловец заблудших душ

Его руки легли на упругие ягодицы, и он, слегка досадуя на помеху, стащил кофейные колготки. Оба уже не могли сдерживаться – за кресло упорхнули её трусики и следом его клетчатая рубаха с джинсами. Опёршись на стену, она прогнулась и застонала, когда Алекс вошёл в неё. Литта не была девственницей, но и не оказалась подобием сибирского тракта, по которому издревле гнали колодников и шалили гулящие, шли рудознатцы и безземельные крестьяне, двигались орды завоевателей и артели строителей новых поселений. Она была тугая и горячая, позволяющая ему стать одержимым, дразнящим своим фаллосом фарисеев и правоверных, задающим ритм неутомимого хвастовства, захлёбывающимся от оргазма и желающим повторения.

Они заснули под тигровым покрывалом, продолжая прижиматься друг к другу обнажёнными телами. Ночь разогнала по чужим домам серые тени, а сама уселась в кресло, чтобы гладить кота, очумевшего от пережитого потрясения.

Утром Фелитты уже не было в квартире, но на столе лежала записка: «Следующая дверь – жёлтая.

Ищи!»

Глава четвёртая

Жёлтая дверь, местами обшарпанная до тёмной ржавчины на металле, распахивала своё нутро, зависала над трещинами в паркете и падала обратно, впечатывая свои откровения в незыблемость стены. Видение началось так внезапно, что Алекс едва успел втиснуть машину в узкий прогал между синей «Тойотой» и чёрно-красным монстром – байком, оскалившимся драконьими мордами. Вишнёвая «Рено-Меган», обворожительная Лейя, недовольно фыркнула, когда он не заглушил двигатель, оставив работать на холостых оборотах.

Но Алекс, втащенный неведомой Силой в бездну, пляшущую на чужих костях и путающую пороги с предлогами, не заметил намёков своей любимицы и в очередной раз побежал по коридору, проваливаясь в чужие следы на цементе, на дубовых плахах, на гравии, на синей глине, цепляясь за хромоту карлика и корни секвойи, за мёртвый оскал волчьего чучела и красные губы гетеры, за рюмку с рябиновой наливкой и тридцать второй день декабря. Дверь, жёлтая, как хранилище сумасшедших или яичный желток, мелко порубленный для салата с креветками, ощерилась перед ним до самой глотки, готовая пожрать или, наоборот, отрыгнуть ранее проглоченное. Скрежет, и она замкнулась в себе чугунно и самонадеянно. Алекс замер, вспомнив слова Фелитты: «Следующая дверь – жёлтая. Ищи!»

«Что же там? – лихорадочно подумал он. – Чистилище для неврастеников, распевающих мантры, вой луппы[5 - Луппа (от лат.