Тиур – вестник Рарога

Поздно вечером, когда подаёшь мужу обязательный бокал вина, добавь в него три капли из этого флакона. Не бойся! Он просто уснёт и не будет мешать тебе раздобыть младенца. Когда на городских часах пробьёт полночь, ты должна стоять на пороге моего дома. А дальше уже моё дело!

Послышался звон монет и резкий голос Нельвы:

– Убери гроеры! Как душа ребёнка соединится с твоей, тогда и о деньгах поговорим. А сейчас – ступай! И будь храбрее комнатной собачонки, которую твой муженёк отшвыривает ногой.

Дверь начала раскрываться, и тут Тиур сообразил, что может оказаться тем самым первым попавшимся на пути госпожи Линлы. Времени, чтобы сбежать, не оставалось, и он, замерцав, стал невидимым. Мимо него, шурша юбками, прошла заплаканная невысокая женщина, зажавшая в кулаке колдовскую булавку. Выждав немного, ведьмак вернул себе облик, долго стучал сапогами у порога, изображая чистку оных от грязи, и вновь надавил на дверь. Чуть скрипнув, та подалась и распахнулась.

За столом сидела ласковая ведьма и пропускала сквозь пальцы свои роскошные волосы. Тиур, не говоря ни слова, уселся напротив неё и стал смотреть, как рыжие искры пробегают по каштановым кудрям, падают на пол, чтобы на короткий миг напомнить вечности о красоте Нельвы.

Часть восьмая

Воздух в комнате пошёл толчками, когда дверь, мягко качнувшись, распахнулась. Несмотря на солидную порцию макового зелья, добавленного доброй хозяйкой в вино, Тиур не спал.

За ужином он не стал отказываться от чаши с кретольским красным, чтобы не насторожить Нельву. И теперь ведьмак изображал спящего, успокоив дыхание и расслабив мышцы. Ведьма что-то прошептала, и от её ладоней разлился свет, похожий на сто светлячков, собравшихся дружной компанией под кустом жимолости. Она неслышно придвинулась к гостю и стала всматриваться в его лицо.

– Хэнно-ра, саари-ра, угди-да, – прошелестели слова заклинания, и лёгкая волна скользнула по телу Тиура.

Нестерпимо захотелось спать, но ведьмак не мог позволить себе провалиться в небытие. Если он пойдёт на поводу у слабости, то никогда не узнает, зачем ведьме души детей. Свет погас, и Нельва, закутавшись в длинную мантию, вышла. Скрипнули ступеньки лестницы, хлопнула входная дверь. На городских часах пробило полночь. Тиур осторожно посмотрел в окно и увидел у дома троих.

«Ага, – подумал он.