Новогоднее кафе

Вера услышала небольшой обрывок.

– У меня идей навалом.

– Валяй, – подбодрил высокий мужчина другого, который был ниже ростом и явно моложе.

– Делай то, что приблизит тебя к счастью.

– Неплохо. Надо запомнить, – похлопал высокий мужчина того, кто пониже, по спине.

За ними захлопнулась дверь.

– Было бы все так легко, мир не был бы так жесток, – произнесла Вера в задумчивости и принялась неспешно одеваться. Домой ей не хотелось. «А какие у меня занавески? Нравятся ли они прохожим? – Вдруг подумалось ей.

 – А потолок… Нравится ли он мне?» Надевая на руки свои потертые перчатки с дырочкой на левой ладони возле мизинца, она все отгоняла от себя мысли о том, что день закончился, а новый не начался. Между ними длинная ночь. Уныние от осознания того, что надо вернуться туда, где никто не ждет. Заснуть сразу вряд ли получится. Хотя если, как обычно, включить фоном любой фильм, то… В общем, к черту эти занавески и потолок. Кому какое дело!

Выйдя вслед за своей коллегой, Вера вспомнила, что забыла что-то важное в своем офисе.

Со счастливым придыханием развернулась и двинулась на остановку, села в битком набитый автобус, на сей раз моля, чтобы он замедлился, добралась до нужной улицы, по привычке вбежала в небольшое здание, в котором работала, забрала макеты, выключила свет и…села на свое кресло. Вставать так не хотелось. Работа давно поглотила ее с головой, и она была не против такой участи.

Спустя минут двадцать пришлось ретироваться из здания, так как оно закрывалось и внутри никому не полагалось быть, кроме ворчливой и неприветливой охраны, не шедшей ни одному сотруднику на уступки – не положено, значит, не положено, чего непонятно-то?

Вера вышла на улицу и остановилась.

К этому времени опустились синие сумерки. Ночь явно обещала быть ледяной и бесконечной. Снег хрустел под ногами. Мороз пощипывал щеки. Сильный ветер то поднимался, то стихал. Вера принялась выпускать пар изо рта, наблюдая за тем, как он рождался белым и невинным, расцветал и расширялся по форме, обволакивая ее подбородок приятной теплотой, а затем, на секунду застыв, тускнея, вяло растворялся в воздухе в небытии. Забавлялась этим она сравнительно недолго. Пора было возвращаться домой, или, как она называла это место, «захолустье». Телефон жужжал в кармане, и Вера взяла его в руки, чтобы наговорить что-то своему коллеге, из-за сообщений которого этот самый телефон и разрывало уже с полчаса. Он умолял доделать эскиз до ночи, иначе ему достанется от босса.