Новогоднее кафе

Всматриваясь в окна, она думала о том, насколько одинаковы условия для жителей, но как разительно они отличаются вкусом и подходом в плане интерьера и декорирования своего дома: в одной квартире на втором этаже не было занавесок, а на подоконнике стояла плетеная красная корзинка с пасхальными яйцами; чуть выше в квартире левее шторы присутствовали – тяжелые и темные с цветочным вставками, но не задернуты, поэтому легко можно было рассмотреть стоящий возле окна шкаф со всеми книгами и безделушками. Окно там было украшено несколькими бумажными снежинками.

В следующей квартире форточка была приоткрыта и там виднелся колыхавшийся от ветра тюль – легкий, воздушный, ажурный. Но больше всего ее заинтересовали потолки – один навесной с оригинальным освещением, второй простой белый, другой обшарпанный и неухоженный, но какая там была люстра! Шедевр своей эпохи.

Хоть будучи и замкнутым ребенком, Вера обладала харизмой и индивидуальностью, привлекавшей внимание многих, кто когда-либо сталкивался с ней. Она была парадоксальна, сложна.

Каждая клеточка ее была пропитана манящим очарованием. Она могла завоевать сердце толпы своей пытливостью ума и стремлением выразить себя через свою творческую призму, основательно изучая все детали и преобразовывая их в художественное творение. Что нельзя сказать про ее способность влюбить в себя отдельных людей. По одиночке на нее смотрели как на отшельника, не умеющего адаптироваться под их видение мира. Да, по современным понятиям ее можно было считать немного чудаковатой – Вера была большим любителем восторгаться красотой того, что большинство даже не замечало. Особенно небом. Наверное, это единственное, что хоть как-то ее трогало до сих пор. Оно всегда казалось таким близким, манящим. Постоянно притягивало и дразнилось. Единственный способ дотянуться до него, в понимании Веры, – отрастить крылья. Для нее это сделать было легко с помощью своего творческого ума. Однако в какой-то момент эти крылья стали слишком тяжелой ношей. Сомнения насчет целесообразности выбора в карьера обуревали глухой тоской. Ее творческие порывы перестали приносить удовольствие. Ничего не радовало. Кроме неба. Оно всегда было прекрасно в любых своих ипостасях. Потолок чем-то схож с небом, только он искусственно создан под прихоти живущего под ним. Люди создают свое небо таким, каким хотят видеть над своей головой – гладким, пасмурным, тяжелым, мрачным, загадочным, бесконечным. Это их выбор. Настоящему же небу диктовать свои условия не получится.