Путь домой. Лонвейт

Может быть, я простил бы тебе предательство герцога, я и сам не всегда одобряю его действия, но ты… Ты предал прежде всего меня, а это я простить никак не могу!

– Фил, прошу тебя, не горячись! Герцог в самом деле мне враг, но с тобой мне нечего делить!!!

– Ты забываешь, что я служу герцогу! Я его праиэр! Твои слова означают, что мне нельзя разворачиваться к тебе спиной!

– Да нет же!!! – взмолился Виктор, – Припомни, за всё время службы у герцога я не убил ни одного, с кем делил хлеб и кров, если, конечно, не считать той ночи в Бетенгтоне, когда едва не погиб граф… Ты не станешь с этим спорить! Да и сам герцог… Ты полагаешь, у меня было мало возможностей убить его, и тем самым решить все проблемы Лаганов, которым, как ты решил, я служу? Но герцог тоже до сих пор жив! Это значит лишь одно, я ему не опасен…

– Это значит, что когда-нибудь ты всех нас во главе с ним заманишь в какую-нибудь ловушку, и Лаганы сами сделают то, на что ты почему-то не решаешься! – от возмущения Фил едва ли не трясло.

– Лаганы не поднимут на герцога руку, как до сих пор не сделал это я, – теперь голос Виктор звучал предельно жёстко, в нём звучала абсолютная уверенность, – Всё, к чему я стремился все эти месяцы, это хоть как-то защитить их от герцога, остальное в руках проведения.

А если я решил не открываться тебе, так это только ради тебя же! Я не хотел усложнять твою жизнь двойной игрой. Послушай Фил, мне нужен ещё только месяц, один месяц, и я уйду от герцога.

– Месяц? И что же случится спустя этот месяц? – сердито нахмурился Фил.

– Я уже сказал, я уйду со службы герцогу. Прошу тебя, дай мне это время. Клянусь, я не опасен Его Светлости!

Такой напор называющего себя Гленом чуть смутил Фила, заставил сощуриться:

– Да, может быть, ты сейчас искренен, но опять же не говоришь всей правды.

Ложь, большая или меньшая, но ложь! Но… нет, с меня хватит! Либо ты сейчас же расскажешь мне всё, до конца, кто ты, откуда взялся… либо… я убью тебя!

– Нет, Фил!!! Не ставь вопрос так! Остынь, прошу тебя! – взмолился Виктор.

– Только так, и никак иначе!!! – и Фил гордо вскинул голову.