Путь домой. Лонвейт

– Так ты… – Виктор сокрушённо замотал головой, – Так ты загоняешь меня в угол…

– Именно!

– Фил, мне нужен месяц, один месяц! Неужели у тебя не хватит терпения и мудрости отложить это откровение на столь малое время?! – Виктор всё-таки решился на новую попытку, но Фил остался неумолим:

– Сейчас, или никогда!

– Чёрт тебя побери, Фил!!! – взорвался-таки Виктор, – Ты лишаешь меня выбора. Сейчас я не могу быть уверенным, что раскройся я тебе до конца, ты дашь своё согласие на продление жизни Глена всего лишь на месяц…

– Тогда у тебя всё же появится шанс, а так…

Виктор горестно поджал губы:

– Поверь, друг! Если бы речь шла только о моей жизни, я бы рискнул, слово чести! Но мне никто не даёт права рисковать жизнями других.

Потому уж прости, это тебе надо решать, либо ты клянёшься, что угомонишь своё любопытство на месяц и на это время забудешь всё то лишнее, что узнал, либо…

– Либо тебе придётся убить меня, не так ли?! – сердито оскалился Фил, – Вот мы и дошли до объявления войны.

Так бы сразу! К чему вся эта болтовня?

– Войны? – поймал его на слова Виктор, – Но я не стану тебя убивать, если, конечно, ты не станешь слишком упорно просить меня об этом.

И Фил нервно рассмеялся:

– Ох уж мне это бахвальство! Но тебя ждёт большой сюрприз, ведь ты ещё не разу не дрался со мной по-настоящему, ты плохо знаешь меня с этой стороны, а вот я тебя изучил достаточно хорошо. Знай, твои шансы не так велики, как это тебе сейчас кажется.

– Фил, да опомнись же ты!!!

Но Фил остался неумолим.

Он резко осадил коня и широким жестом призвал Виктор осмотреться:

– Ты знаешь, что именно на этой поляне Анри де Монсар однажды едва не расстался с жизнью? Этот город, эти места роковые для Лаганов, Монсаров… и тебя. Ты сделал свой выбор, я тоже. Значит сегодня отсюда уйдёт только один из нас!

С этим Фил сошёл с коня, скинул камзол и обнажил шпагу.

А вот Виктор… Он болезненно сморщился, несколько минут помедлил и… тоже спешился, с большой неохотой снял камзол, перевязал волосы любимой тесьмой и, наконец, тоже обнажил шпагу:

– Если уж ты так настаиваешь, выбора нет… – горестно вздохнул Виктор, – Но прежде, чем мы скрестим шпаги, я хочу, чтобы ты знал, что я искренне считаю тебя другом, и мне очень жаль, что ты так превратно истолковал мои действия.

Поверь, я никогда не предавал и не бросал своих друзей. И сейчас, Фил, я должен тебя разочаровать. Как не проси, я не стану тебя убивать.