Двум смертям не бывать

А кошки… на самом деле меня больше волновало то, что крысы могут попортить еду, чем черная смерть. Но Лия права. В городе развелись крысы, и болезнь может прийти в любое время.

– У меня дома про черную смерть говорят иначе. – Рамон пытался уложить в голове только что услышанное. Получалось плохо. – Возможно, ученые умы вашей страны правы… не мне судить. Но как вышло, что ребенок низкого пола обладает этими знаниями?

– Как ты сказал? «Низкого пола»? – расхохотался Хасан.

– Что? – вскочила девочка и тут же, встретив взгляд отца, опустилась на лавку.

– Прошу прощения. – Рамон прижал ладонь к груди. – Я никого не хотел обидеть. Но я привык считать, что наука – удел мужчин, а доля женщин – дом и изящное рукоделие. Ваш народ полагает иначе?

– На моей родине думают так же, – улыбнулся в бороду старик. – Но я долго прожил среди этого народа и могу сказать, что их женщины способны к наукам ничуть не меньше мужчин… не знаю, то ли потому, что рождены не такими, как на твоей и моей родине, то ли потому, что, обучая детей наукам, здесь не делают различий между мальчиками и девочками.

Рамон обвел взглядом хозяев дома – может, они просто решили посмеяться над не знающим жизни чужеземцем? Но нет, судя по серьезным лицам мужчин и возмущенному – девочки, его не разыгрывали. Он хотел было спросить, чему именно учат Лию, но это могло погодить. Прежде следовало исправить содеянное.

– Я никого не хотел обидеть, – повторил он. – Как мне поступить, чтобы загладить вину?

– Думаю, извинения будет достаточно, – сказал Амикам. – Ты чужеземец.

Рамон поднялся, поклонился девочке:

– Лия, от всей души приношу свои извинения. Я не хотел обидеть тебя.

Она встала, с совершенно серьезным видом вернула поклон.

– Извинения приняты.

Опустилась на лавку, улыбнулась, снова став девчонкой.

– Только не ляпни что-нибудь такого, когда будешь общаться с дамами.

– Не буду, – совершенно искренне пообещал Рамон.

Когда пришла пора возвращаться, хозяин дома вышел проводить к воротам.

– Не думал, что ты возьмешь так мало людей.

– Я счел, что в гостях мне нечего опасаться.

– Это так, – кивнул Амикам. – И все же я дам провожатых. Мой сын в твоем доме, и я не хочу, чтобы по дороге что-то случилось. Что-то, что даст твоим людям повод вспомнить о заложнике.

– Как будет угодно.