Двум смертям не бывать

Домой они добрались без происшествий. Передав парня с рук на руки людям Амикама, Рамон выпустил кошку осваиваться в доме. Опустился перед камином на медвежью шкуру, добытую невесть где Бертовином. Дагобер примостился рядом с господином.

– Рассказывай, – сказал Бертовин, устраиваясь на лавке.

Рамон кивнул и начал рассказывать.

– Чушь, – не выдержал оруженосец, когда речь дошла до разговора о черной смерти. – При чем тут крысы? Все знают, что виноваты криды – недаром болезнь их не трогает.

– Все знают, – кивнул Бертовин.

 – Но когда черная смерть разгулялась в столице и кридов изгнали из города – что-то изменилось?

– Болезнь ушла.

– Ушла, – согласился воин. – Через два месяца. Не слишком ли долго?

– А может, болезнь их не трогает именно потому, что в домах кридов нет крыс? – протянул Рамон. По пути домой он не переставал думать о том, что услышал от чужих, и сейчас рыцарю казалось – ответ вот-вот найдется. – Им запрещено возделывать землю – поэтому они превратились в народ ростовщиков и торговцев.

Их вера предписывает есть только особым образом приготовленную пищу. Не может ли быть, что они не держат дома запасов еды, а значит, крысам негде разгуляться?

– Думаешь? – Дагобер с сомнением покачал головой.

– Криды не торгуют едой. А еще они не ходят на праздники и в церковь, – вмешался Бертовин.

– Не хочешь ли ты сказать, что зараза может жить в доме Господа нашего? – взвился оруженосец.

– Тихо! – прикрикнул Рамон. – Оставим в покое церковь. Крысы. Я склонен верить тому, что услышал.

– Похоже на правду. В любом случае, от кошки в доме хуже не будет, – согласился Бертовин.

– Я видел, что ты отчасти утратил веру, – прошептал Дагобер. – Но что дело зашло так далеко… Кошки – твари нечистого, так говорят отцы церкви.

– Перестань причитать. – Рыцарь осенил себя священным знамением. – Видишь, ничего не случилось. Нет во мне никаких бесов. Хочешь, кошку в святой воде искупаем?

– Нет.

– Слава богу, не совсем помешался, – усмехнулся Рамон.

 – Как по девкам бегать, так никакие наставления отцов церкви не мешают, а тут… Успокойся и подумай. Потому что, если здешние ученые правы, герцог должен об этом знать.

Дагобер замолчал, и молчал довольно долго. Наконец он перестал теребить шкуру и поднял голову.

– Я расскажу отцу.

В эту ночь поспать снова не удалось. Рамону мерещилось, что вокруг бой и все залито кровью… реками крови. Проснуться среди ночи было облегчением – но запах крови никуда не делся.