Его хорошая девочка

 ? Парень хлопнул раскрытой ладонью по капоту, и теперь его пятерня наверняка там будет красоваться до следующей мойки. ? А ответ оказался таким простым. ? Никита кивнул, как мне показалось, на крыльцо, на котором мы только что с папой прощались.

– Да, мне повезло, меня балуют, ? доставая брелок с ключами от авто из сумочки, цежу сквозь зубы я.

– А расплачиваться за тачку не противно? ? брезгливо интересуется парень.

– Что? Ты о чем?

– О твоем престарелом боссе-любовнике.

Выпучив на Никиту глаза, стараюсь справиться с внезапным приступом тошноты.

Это же надо было ляпнуть такую мерзость. Тьфу.

Хотя, чего я ждала, каждый ведь по себе судит. Для кого-то сейчас папа с дочкой на крыльце обнимались, а для таких, как Никита, босс свою молоденькую секретаршу у всех на глазах зажимал.

– Сергей Юрьевич не престарелый, ему всего пятьдесят с хвостиком, и он в отличной физической форме, ? не удержалась и бросилась на защиту отца.

– Ага, ты еще скажи, что его любишь, ? с издевательским тоном произнес парень.

– Люблю, ? на полном серьезе ответила я. ? Всем сердцем. Потому что он лучший мужчина на свете.

– Не забудь добавить, что он еще не скупой. Так ведь, Варенька?

– Верно, щедрый. Это все, или еще какие вопросы имеются? ? прежде чем забраться в салон, уже перед открытой дверью поинтересовалась я.

– Нет больше вопросов, ? Никита, склонив голову, зашагал прочь. ? Разочаровала ты меня, Варенька.

Давай-давай, топай, скатертью дорожка, как говорится.

Глава 4

– Варя, я недавно принял решение, авантюрное, надо сказать, но, надеюсь, верное, ? откуда-то издалека начал отец, когда пригласил меня к себе в кабинет под предлогом важного разговора. С того момента как дала ему официальное дочернее благословение на отношения со Светланой Ивановной, полторы недели пролетело, а я до сих пор якобы ни сном ни духом об их романе. Рассчитываю, что хотя бы сейчас время откровений настало.

Вот, опять двадцать пять. Вновь он о работе. Когда мы уже о личном и сокровенном поговорим? Все, решено. В следующий раз, когда накрою эту парочку партизан, милующимися в кабинете отца в полной уверенности, что в приемной никого нет, не стану красться на цыпочках обратно к двери, чтобы зайти еще раз только шумно.