Сопротивляйся, Елена, мне нравится

– Приятно познакомиться, – протянул руку Орлов, и, когда я в ответ подала ему свою руку, он вместо официального пожатия ее поцеловал.

– И мне, – наиграно приветливо отозвалась я и, только открыла рот, чтобы объяснить жениху, что на самом деле мы друг друга знаем, как Андрей, встав ко мне спиной, вклинился межу мной и Орловым, чтобы едва ли не коленопреклоненно вручить ему бумаги.

– Вот, эм… сметы, которые вы просили. Вадим Александрович.

Стало обидно. Чувствую себя вещью: показал и обратно на полку убрал.

– Не хватает двух приложений, – пролистав, заметил Вадим.

– Все исправим! – Андрей со всех ног бросился к дверям, прихватил с собой работника, который налетел на меня, и испарился.

– И вот за эту тряпку ты замуж собралась? – услышала я. – Ленка, ты полная дура!

– Тебе какого хрена от меня надо?! – сорвалась я, и из приемной послышался полный ужаса женский всхлип и звон посуды. Я развернулась и со всей силы захлопнула дверь: Анна Сергеевна – человек немолодой, впечатлительный, поберегу ее нервы.

 – Ты наглый, лицемерный, вездесущий… – далее было еще одно, заранее приготовленное ругательство, я его не произнесла, но, думаю, Орлов сам подобрал подходящее себе определение в моих глазах. – Чтобы я тебя возле завода и близко не видела! Понял?! Никаких контрактов мы подписывать с тобой не станем, никаких дел вести не будем. Так что топай, пока охрану не вызвала, – собрав всю злость и на Орлова, и на жениха, выпалила я.

Да, неинтеллигентно, некрасиво.

Но почувствовала: если немедленно из своей жизни этого диктатора не выкину – хлебну горя и немало.

– Лапонька, ты палку не перегибай, а то я ведь и разозлиться могу, – холодно-спокойным тоном предупредил Вадим и начал наступать. Инстинкт стал мне поспешно советовать убираться отсюда вон, а я пошевелиться не могу. Высказалась, пар выпустила и обмякла. – Я же за грань дозволенного не заходил? Нет, – сам ответил «диктатор» на свой вопрос, затем ухватил меня за руку, подтянул к себе и, склонившись к уху, обманчиво ласково прошептал: – На первый раз прощаю.

Но еще раз голос на меня повысишь – считай, сама для меня все запреты сняла.

Глава 5

– Если правильно поняла, – опомнилась я, – то, по твоим меркам, до сих пор ты вел себя как благородный рыцарь? А я, если старания не оценю и продолжу борзеть, то из тебя выползет злобная беспринципная сущность и без разбору начнет творить бесчинства.