Улыбка незнакомца

 – Начинай скулить.

– Пошел вон! – рявкнул я, и друг расплылся в довольной улыбке.

– Так-то лучше. Какого черта ты раскис и почему встречу с «ТрансКред…» – короче, не вышепчешь их наименование – пропустил? Год, между прочим, их окучивали, и когда все на мази, сделка лежит на блюдечке с голубой каемочкой, ты просто забил?

– Не забил, а вовремя остановился. На, посмотри. – Я вынул из верхнего ящика стола папку с полным досье на потенциального партнера и сунул ее Стасу. – Твой «ТрансКредСтрой» в полной попе.

Это у них на бумаге все красиво и замечательно, но, как говорится, на заборе тоже много чего написано, а вот их реальное положение дел и цифры далеко не радужные. Они идут на дно и нас за собой потянут.

Друг пробежался по отчету, смачно выругался и сказал:

– Все-таки у тебя чуйка. Не зря ты с самого начала на них бочку катил. Жаль, на баб этот эффект не распространяется. Тогда бы ты эту тварь и на километр к себе не подпустил.

– За языком следи, – оскалился я. Сколько раз я мысленно и вслух сам называл так Нику, но другим оскорблять ее не позволю, это моя прерогатива и только моя.

– Ой, ну простите, как я посмел столь неуважительно отзываться о будущей госпоже Койдан, – с иронией в голосе произнес Стас, а потом его лицо приобрело серьезное выражение. – Ярослав, я сейчас на правах друга заявляю: включай мозги и гони ты эту… – Лютев не осмелился еще раз обозвать Веронику и проглотил грубое слово, – куда подальше. Помнишь, как ты рвал и метал? Обещаниями сыпал, что кожу с воровки живьем сдерешь.

А в итоге? Ника у тебя в доме на правах хозяйки, носишься с ней, как с принцессой. Зараза смазливая.

– А что мне остается? – стукнул я по столу кулаком и так резко встал, что кресло откатилось к стене.– Думаешь, меня устраивает такое положение дел? Но у Ники флешка с конфиденциальной информацией. Представляешь, какие проблемы возникнут, если ее обнародуют?

– Остается твою красавицу минут на пятнадцать в нужные руки передать, она мигом взахлеб запоет: и кто ее нанял, и где флешка, – Стас, как и я, поднялся с кресла и сверлил меня взглядом.

 – Дай отмашку, и я все устрою.

– Пока существует хоть малейший шанс, что Ника потеряла память, – нет, – решительно отказался я, и друг скривился.

– Две недели назад ты был уверен, что она симулирует. Сейчас сомневаешься. Пройдет месяц, и ты как пить дать свято уверуешь во все, чтобы она ни сказала.

– Это не твоего ума дело.