Эффект чужого лица

Паркетчик из него получился так себе – звезд с неба не хватал, но компенсировал отсутствие таланта тщательным подходом к делу и добросовестностью. Лиха беда начало – пару лет перебивался, потом заказы посыпались, как горох. Уже не Апрель искал, кому бы паркет положить, – его искали, записывались в очередь.

Он поймал себя на том, что напевает новый мотивчик и одновременно думает о своей жизни. Всем бы он был доволен, если бы не…

«О, черт, опять! – скрипнул зубами Апрель. – Где раздобыть рецепт лекарства от любви? И существует ли такое?»

Марина драила буфетную стойку, исподтишка поглядывая на парня.

Какой он все-таки ладный, рослый, широкоплечий, недаром девчонки о нем шепчутся. И деньжата у него водятся – может запросто угостить выпивкой, на мюзикл пригласить. Стихами да песнями много не заработаешь, поэтому Апрель строительную специальность приобрел, без работы не сидит.

– Слушай, Соня, – шепнула она сестре. – У Апреля кто-то есть?

– Девушка?

– Ну да… Он с кем-нибудь встречается?

– Говорят, была зазноба… да сплыла.

Они пришли в «Буфет» недавно и не успели выяснить, кто чем дышит, кто кому симпатизирует. Здесь было весело: каждый вечер – концерты, пусть самодеятельные, любительские, зато душевные; каждый раз – уйма впечатлений, знакомств, горячих споров, интересного общения. Оказывается, бардовская песня пользуется популярностью даже на таком непрофессиональном уровне, – люди с удовольствием слушают, покупают диски с записями неизвестных авторов-исполнителей, обмениваются мнениями, делятся творческими планами, договариваются о совместных проектах.

Апрель держался как-то особняком – ни с кем особо не объединялся, ни к кому в компанию не напрашивался. Его приглашали в очередной поход, пеший или водный, зазывали в горы, он отказывался. Много заказов, мол, освобожусь, тогда…

Марина пыталась расшевелить его, вызвать на откровенность. Соня пожимала плечами, качала головой.

– Оставь ты его в покое, сестричка. Еще не отошел от прежней любви, а ты ему новую навязываешь.

– Я не навязываю, – обижалась та. – Тебе его не жалко?

– Лучше себя пожалей!

– Апрель не такой, как остальные…

– Любовь слепа. Ты просто не видишь его недостатков.

– Он мне нравится, вот и все…

– Хочешь переспать с ним?

Марина смущенно опускала глаза, заливалась краской. Помимо всех прочих достоинств, Апрель действительно был очень сексуален. От него прямо-таки исходили эротические флюиды.