Опасайся взгляда Царицы Змей

Сам автор тоже может оказаться мишенью для личности, одержимой разрушением.

Исходя из установленных фактов, оперативники склонялись к версии несчастного случая: стеллаж оторвался от стены и упал. Как? Всякое бывает. Раз в сто лет и незаряженное ружье стреляет. Следствие будет продолжаться, но… Никто серьезно не верил в то, что удастся выяснить истинную причину смерти Корнилина.

Вечером, когда все разошлись и дом опустел, Сергей решил, что необходимо поесть чего-нибудь, особенно Нине. Она выглядела ужасно: бледная, измученная, одурманенная лекарствами, с черными тенями под глазами.

Он порылся в холодильнике, нашел сосиски, сыр и большие куски торта, сварил кофе.

– Съешь хотя бы немного, нам предстоит много работы.

– Да… – Нина отвечала вяло и безучастно. – Ты поможешь мне продать картины?

– Конечно. Что именно ты решила продать?

– Все! – Она смотрела куда-то в пустоту за окном.

– Не понял…

Сергей подумал, что он ослышался.

– Я хочу продать все! Картины, рисунки, наброски, эскизы… Хочу от всего избавиться.

Даже от личных вещей Артура. Чтобы ничего не напоминало мне об этом кошмаре. Сережа! – из ее опухших глаз вновь полились слезы. – Последние годы мы прожили как в страшном сне. Что происходило с мужем? Ты можешь мне ответить?

Горский покачал головой.

– Вот и никто не может… – она помолчала. – Он не спал ночами, все смотрел какие-то свои «видения». Может, это были галлюцинации? Бред расстроенного мозга? Но если бы не они… то не было бы его картин. Ни «Искушения», ни «Лесных ведьм», ни «Царицы Змей», ничего… Он находил свои сюжеты внутри себя.

Я перестала его воспринимать как того Артура, с которым мы целовались на Невском белыми ночами. Он говорил, что Петербург – город призраков. Пожалуй, он уже тогда был странным, только я этого не замечала…

Ей хотелось рассказать об Артуре все, что накопилось в душе тяжким грузом, выплеснуть свою боль, освободиться. Она говорила, плакала, вздыхала, снова говорила и снова плакала… Горький поток слез и слов иссяк только к утру.

Сергей помог ей лечь в постель, подождал, пока она уснет, и сел писать статью об Артуре Корнилине и его творчестве. Работа предназначалась для французского журнала. Ему необходимо было чем-то заняться, переключить внимание.

Нина рассказала, что Артур предчувствовал свою смерть. Перед выставкой он несколько раз заводил с ней разговор о том, что с ним может случиться плохое.

– Тогда ты бросай все и беги, – говорил он, нервно вздрагивая и оглядываясь.