Запоздалая месть

Она теперь богатенькая!

– Тебя Ирка прислала? – заорал Загладин, наступая на гостя. – Сука! Я этой стерве покажу, где раки зимуют!

Неуловимым легким движением сыщик взял его за руку, повернул, дернул, и Олежка с размаху грохнулся на немытый пол. Звон в страхе забился под стол и непрестанно скулил оттуда, вымаливая пощады.

– Он нас замочит! – визжал. – Его Иркин муж нанял! Я тебе говорил, не связывайся!

– Цыц ты… – простонал Загладин, отползая в захламленный угол. – Придурок…

Смирнов наклонился и одним рывком выволок хозяина дачи из-под стола.

У того глаза чуть из орбит не вылезли от страха.

– Повторяю вопрос, – с холодным спокойствием произнес он. – Вы знаете Ирину Рудневу?

– Рудневу не знаем! Не знаем… вот те крест! – судорожно пытался перекреститься Звон. – Не убива-ай! Грех тебе будет! Ирку Пастухову знаем, «Пастушка» ее кличка… это… ну, псевдоним ее в стриптизе… «Прекрасная пастушка»! Понимаешь, брат? Они, девки, себе прозвища придумывали… У Ирки фамилия – Пастухова.

И в балете она… одежду такую надевала, наряд пастушки во… восемнадцатого века.

– Все, продал… – просипел из угла Загладин. – Сдал, сволочь.

– А ты не ругайся. Чего ругаться-то? – тарахтел Звон. – На тот свет захотел? Мне еще рано! Ты меня спросил? Посмотри на его рожу… он нам шею скрутит и пойдет себе, насвистывая. И не оглянется.

Смирнов отшвырнул тощего ногой и подошел к Загладину, вытащил из-за пояса короткую дубинку, сделал вид, что примеривается, куда половчее ударить.

– А-а-ааа-а! – завопил уже и бывший продюсер.

 – Не надо! Постой… погоди ты! Давай поговорим!

– Наговорился я с вами, ребята. Пришла пора вам с Богом разговаривать.

– Ну, требовал я у Ирки деньги, признаюсь! – закричал, закрывая голову руками, Загладин. – Пугал ее! Врал, что видео, где мы ее «штучки» снимали, покажу ее мужу. Нет у меня никаких записей, все во время обыска выгребли! Клянусь! Я врал! Понтовался! Она мне сначала деньги давала, а потом отказалась… наотрез. Нету, мол.

Ну, я и отстал. Поорал на нее для острастки, чтобы не вздумала заявить, куда не следует, и все. Все! Мамой клянусь!

– Смотри, – поигрывая у него перед носом дубинкой, предупредил сыщик. – Еще раз в Москве появишься, пеняй на себя. А Ирину Рудневу будешь обходить за километр! Увидишь где-нибудь случайно, беги прочь. Запомнил, гнида? Она свое на тебя отработала.

– Мы ее вообще не знаем! – с готовностью пропищал Звон. – «Прекрасная пастушка» была, да сплыла.