Арикона, или Властелины Преисподней

Иначе нарушится порядок равновесия. Понимаешь?

– Как скажете, – ответила Арикона, не поднимая глаз. На щеках ее продолжал гореть гневный румянец.

Несколько бесконечных секунд Лорд молчал, кутаясь в одеяло и глядя в огонь. Арикона не знала, просить ли ей разрешение уйти, или повелитель намерен сказать ей еще что-нибудь. Она собралась было спросить его, но тут Лорд опять же вполголоса сказал, не поворачивая к ней лица и словно бы говоря в пустоту:

– Скорбен мир, в котором нет ни малейшей надежды на справедливость… Ах, справедливость, справедливость… Кому должна она принадлежать? Людям или богам? Кто должен корректировать понятие справедливости и определять – быть ей или не быть?

Арикона не сразу сообразила, что Лорд ждет от нее если не ответа, то хотя бы кивка в знак согласия с его сомнениями.

Она поерзала на краешке кресла, испытывая некоторое чувство досады на себя и на этот разговор, и вдруг поняла, что ощущает на своей спине чужой взгляд из-за занавески – страшный взгляд, опасный, жаркий и одновременно безжалостно холодный, как огонь адских костров. Невидимый взгляд этот проскреб по ее коже десятками бритв, оставив кровавые следы и потеки голубого льда. Арикона знала, кто может так смотреть на нее, не скрывая чудовищной ненависти. Впрочем, страха она не испытывала.

– В целом я доволен твоей работой, девочка, – сказал Лорд, поворачиваясь к ней всем телом, и почесывая длинным ногтем мизинца щетинистый подбородок. – Что там случилось с орденом Везельвула?

Вот в чем дело, подумала Арикона.

– А что с ним случилось? – простодушно спросила она, выдерживая пристальный взгляд.

– Разве ничего?

– Последняя наша встреча, мой Лорд, несколько изменила отношение братьев ордена к служению своему божеству, но в целом все осталось по-прежнему.

– Меня же информировали, что братья ордена по непонятной всем причине вдруг стали безумны. Безумие ходит за ними по пятам, медленно убивает их, и даже мое слово не в состоянии помочь им.

– Печать изгнания, мой Лорд, не подчиняется никому.

Ее можно ослабить искуплением.

– По-моему, ты забываешься, – Лорд только слегка повысил голос, но пламя свечей тотчас отреагировало на всплеск энергии тревожным подмигиванием. Огонь в камине угрожающе загудел. – Печать изгнание – не розги, и не кинжал. Знай меру.

– В вашей власти было наделить меня силой печати, – твердо ответила Арикона, но дрожь взволнованного голоса так и прорывалась наружу. – В вашей власти и отобрать ее у меня, если я виновата в чем-то.