В дециметрах от рая

Сам же интеллигентно прикинулся сморкающимся в платок (тогда были носовые платки), чтобы не ржать в открытую.

Настала очередь Мела крепиться. Потому что теперь его друг стал показывать в воздухе очертания виолончели и неприличные жесты. Он сложил ладони лодочками и приложил немного повыше имеющегося у него брюшка. Мел энергично и отрицательно помотал головой.

– Я не подойду? – раздался блондиночный вопрос.

«Пупсик» виолончельствовал вовсю.

– Позвоните на следующей неделе, я подумаю.

Блондинка нацепила элегантное пальто и с непокрытыми локонами вышла в городской сумрак.

– Ну, фигура классная …, – начал Мел.

«Пупсик» выдохнул:

– Нет.

И стал с полузакрытыми глазами рисовать свои пышные идеалы.

– На себе не показывают, – раздался ироничный голос.

– Помпеинья Стахановна, Вы переводите, переводите, – откликнулся Мел. – Хотя она в такой мороз без шапки. Наверно вредно для мозгов.

– И для волос тоже, кутикулы…. – совмещенный специалист по мытью полов и курьерской доставке подала из угла свой голос.

Угол с обшарпанным стулом она делила с развесистым фикусом в кадке, который чудом не сдох от холода.

– Мериаса Глашовна (будь неладно ее имя), что сегодня с денежными поступлениями?

Кандидат биологических наук Мериаса Глашовна указала рукой на конверт, лежащий на столе. Другой рукой она очищала зеленого друга-фикуса от набросанных в его горшок пупсиковых окурков.

– Мелвин Гетармович, все в конверте, и отчетность там же.

Все сделала по Вашему совету, положила конверт во внутренний карман.

– Чтоб не отняли, – констатировал про себя «Пупсик». Пасущих на выходе из кредитных организаций и у обменников было предостаточно.

Генеральный директор корпорации АОЗТ «ЁПРСТ» разочарованно заглянул в небольшой бумажный конвертик:

– На бутерброды хватит. Я проставляюсь.

Кандидат биологических наук, «Пупсик» и Помпеинья Стахановна были в восторге от такого управленческого решения. То время было не только холодное, но и голодное.

По случаю денежных поступлений было куплено несколько экзотических в то время гамбургеров. Всем по штуке, а Мериасе – три. Один – ей, два – ее двум детишкам. Жирно и калорийно, необычно. И желанный большей частью бывшего СССР напиток «кока-кола». Тогда же никто не знал про кошениль… И калории не считали, за недостатком последних. Кола была вместо завариваемого по три раза другого экзотического продукта – чая в пакетиках.