В дециметрах от рая

Помпеинья слизнула с пальца каплю упавшего кетчупа, Мериаса паковала полученный паек в газеты, на одной из страниц которых и было объявление от их компании АОЗТ «ЁПРСТ». «Пупсик» жадно впивался в заморский деликатес. Он и впоследствии предпочитал нездоровую фастфудную пищу. И немного вздрогнул, когда зазвонил телефон. Покупатели? Так поздно?

Его рука разжалась, и из бургера стали падать кружочки огурца:

– Пожар!

В кабинет стали поступать первые запахи горелого.

– У входа горит.

– Собираемся быстро! Пожарных можно не дождаться.

Он был прав. Экстренным службам в те времена не всегда хватало на бензин, а докторов скорой помощи, иногда, отпаивали кофе сами пациенты.

– Намочите платки водой из графина!

– Мериаса Глашовна! Что Вы возитесь с сапогами! Хватайте в руку! И на выход! Куда Вы фикус потащили!

– Это же живое существо!

– Мел, забирай документы!

Генеральный директор быстро вытащил из сгораемого сейфа уставную документацию и, завернув ее в скатерть, взвалил на плечо.

«Пупсик» бросил быстрый взгляд на план эвакуации так тщательно нарисованный кем-то из Советского Союза на стене. Очень тщательно. За нетщательно тогда…

– Будем пробираться через черный ход! Помпеинья Стахановна! Да бросьте Вы пишушую машинку.

– А где потом новую купим?

– Потом? Прокопаемся – задохнемся.

Предприниматели через заволакиваемые серым туманом помещения стали выбираться, приложив к ртам платки и кашляя от попадающего в горло дыма.

«Пупсик» уверенно вел собратьев по бизнесу к черному выходу. Кто-то закашлял в дымной пелене. Оттуда выплыло покрасневшее лицо бывшей преподавательницы, пытавшейся в соседней каморке наладить свой маленький бизнес на прокорм себе и дочери-студентке. Все денежные переводы, равно как и алименты в то время ходили по стране очень медленно и часто пропадали бесследно.

Поэтому, когда студенческий бледный лик на шатающихся тонких ножках блуждал по коридору института, Мериаса и Помпеинья старались его отловить, затащить к ним в кабинет и напоить хотя бы сладким крепким чаем.

Подкармливаемое коридорными бутербродами светловолосое интеллектуальное чудо, как всеми ожидалось, получит высшее образование, а не дистрофию.

– Марь Федоровна, куда вы тащитесь? Давайте с нами к черному ходу.

– Я заблудилась, – пропыхтело в ответ.

Мелвин рванул ткань, взял руку дамы на ощупь и вложил в нее влажный кусок платка.