Не нарушая тишины

Случилось наше свидание в небольшом местном ресторанчике. Я была обаятельна в своем кремовом атласном платье, Климов – серьезен и лаконичен в речах. После ужина мы съездили к реке, причал на которой был тускло освещен, совершили недолгий променад, а после Климов отвез меня в общежитие, в котором я в то время жила.

Мне не пришлось долго прокручивать в памяти сцену нашего страстного прощания, исполненного упоительных прикосновений и сладостных вздохов. Сцена эта повторилась уже через несколько дней, но кончилась она не прощальным автомобильным гудком, а рассветом, который был наполнен ароматом хорошего мужского парфюма.

Наша первая ночь случилась быстро, она была прекрасна, она утвердила меня в той мысли, что Алексей Климов должен стать моим.

Я точно знала, что не могла упустить Климова, не могла позволить ему отказаться от меня, оставить меня, не могла и я добровольно отказаться от него – слишком хорош был он, слишком крепко я была в него влюблена.

И Климов был со мною, любил меня страстно, временами грубо, иногда ласково, но я знала, что он со мной мыслью и чувствами, что он со мной твердо, и я даже была как будто уверена в том, что он со мной до самой весны.

Я чувствовала себя счастливой. Я любила и была любима тем, кого любила, и мне казалось, что я нашла то, что искала, – путь к успешному устройству своей жизни, путь к счастью.

6

На отчаянный лай собаки не обращал внимания никто из собравшихся у сгоревшего дома. Зевак было много – не каждый день горят дома на улице.

Кроме того, дом Кедрина знали все – мрачный, заброшенный, он порождал множество измышлений, однако все они считались сущей выдумкой. Когда же ко мне и Ирине подошел полицейский и попросил нас пройти вместе с ним на задний двор, где он подвел нас к вырытой в земле яме, у которой собрались полицейские и громко лаяла служебная собака, он показал нам то, что в дальнейшем возбудило такое множество легенд, которых дом Кедриных не знал никогда. И теперь измышления эти уже не считались откровенной выдумкой, а являлись плодом того, что было подлинно страшней бесплотных привидений.

Яма располагалась у самого забора под кустами малины. Это был самый дальний угол просторного участка – он всегда был сокрыт густыми кустами, малинником, клонившимися к земле ветвями яблони и травой, которая даже зимой выглядывала из-под сугробов. Собака разрыла землю, вырвав из нее с корнями траву, и представила взору собравшихся целую груду мохнатых трупов.