Разожми ладони

Дальше изумленная мама, на которую в эту самую минуту обрушилось необратимое осознание, что мальчик – вырос, совсем…

…вместе с тревожными предчувствиями…

…наблюдала, как он, поровнявшись с той проплывшей мима компанией, обратился к той девочке. Та заулыбалась ему. Она выглядела неподготовленной к такому сюрпризу, сдержанной, но явно принимала его. Буквально одна фраза, он скинул куртку, и накинул на девочку.

И вернулся к своим – победителем.

Его гости поглядывали на него – кто одобрительно, кто подозрительно, пока он устроил переглядки с компанией на расстоянии десятка метров.

Через минуту подал голос его телефон: его позвала команда. Извинившись, он умчался в сторонку на минуточку.

Тут же к маме Ольге Петровне, подошла та самая девочка.

– Здравствуйте.

– Здравствуйте.

«…Милашечка…» – констатировала мама.

– Можно попросить Вас передать Максиму куртку?

«…Знает…» – подумала мама. И покровительственное материнское перевесило все тревоги:

– Да Вы дождитесь его! Он вот-вот вернется!

– Нет, мне пора.

«…бегство…» – догадалась мама.

– Но он…

«расстроится» – неслось уже вдогонку девчонке, которая испарилась так же незаметно, как и появилась. Хорошенькая. Не русская, с неким восточный колоритом, и магнетизмом. Сочетание её самоуверенности, никак не зависящей от возраста, и нежности почти детской юности – просто обворожительно. Такая, обволакивающая аура…

Мама не ошиблась. Сын и правда принял куртку из её рук сокрушенно и покинуто.

Накинул её на себя с вынужденным видом на пронизывающем ветру, вздохнув и задумчиво осматриваясь взглядом «с двойным «дном», уже не ищущим. Мимолетно нахмурился, рассеянно извлек из своих пустых карманов кусок бумаги, развернул его. Вчитался,

И окружающие всё поняли. Обычно скупой на изъявление чувств мальчик нордического типа, усмехнулся, вознес глаза к небу, и что-то туда отпустил.

Этот номер телефона уже к вечеру он знал наизусть.

Вечером в свой постели он писал ей по ватсапу смайлики, она отвечала тем же.

Он спрашивал какую-то ерунду, и она вновь отвечала.

Он отсылал ей фотку, как комично лежит, укрывшись одеялом, и получал такую же.

Он желал ей спокойной ночи в четвертый раз за полчаса, она отвечала тем же,

и все выходило на новый виток прощания.

Он засыпал с улыбкой, как тот самый отправленный смайлик. И не смел представить её рядом сейчас, как уже привык. Чтоб не осквернить чистый образ.