Он, она, они, или Отголоски

mp3

Она так смотрела…

Хотя она попросту сидела на втором ряду, как и все прочие, и делала ровно то, что должна была среди таких же критиков – оценивала музыкантов – «новоришей».

Но она действительно вслушивалась…

Смотрела. И слушала. Всего то. Для того-то её туда сегодня и позвали. Соббббссснаааа.

Почему, кстати, её туда позвали? Именно на эту трибуну сплошняком из важных персон? Не на ту другую, правую, собранную из поклонников?

Не опоздай они сегодня на эту важную, едва ли не первую такой значимости съемку, он знал бы ответ на этот вопрос.

Но всё с самого начала пошло не так.

Да, сначала всё было наперекосяк. На этапе интервью-знакомства, где он держался вполне бодро, раскопали фото его свежего свидетельства о расторжении, которое какие то ###ки слили из домашнего ЗАГСа. Назвали его настоящее документальное имя вместо модного никнейма, за которым он так удобно прятался.

И обнародовали, обнаружили её имя. То, из его документов. Как сенсацию, которую жаждали, и которой не было места в его новом мире.

Теперь – нет. Произнесли имя которое он по обоюдному решению вынужден был скрывать от общественности несколько месяцев, а теперь хотел бы скрыть и от себя, хотябы на ближайшие пару недель. Стереть из памяти. Чтоб успеть хоть немного очухаться, переключиться. Но нет.

Не в этом мире.

И, конечно, при этом добролюбы взяли крупным планом его актуальное присутствие на эпичный медиа экран, когда он, всегда теперь исполненный топовой бравурной самоуверенности, пацанской бравады, и вполне аутентичной нагловатости, неуютно заерзал в кресле и нецензурно выругался в «рука-лицо»,

чем изысканно дополнили его и без того неформальный образ.

Это не говоря уж об опоздании минут на 10, и ворвавшейся в павильон поперек программы всей его команды, не привыкшей к столичным пробкам, что опять же дорисовыаало его благонадежность не хуже татуировок на лице.

Cali – Взять взять.mp3

А потом он вдруг, сам себе не успев удивиться, отозвался на корявый призыв-провокацию шапочного знакомого по музыкальной тусовке, и вдруг не дожидаясь очереди своей программы, пошёл в подтанцовку к чужой песне… Виртуозность которой поймут только дэнсеры: смысловая лингвистичность которой… ну слегка преувеличена.

Зато приличность – непреодолима. Не «медуза», конечно, но почти… И одна сплошная провокация, как и он сам!

А все эти «шевеления», когда отпускаешь себя – так помогают не думать! Не размышлять.