Дочки-матери

Легкие светлые штаны и рубашка с коротким рукавом не спасали от жары, но немного ее облегчали.

– Здравствуйте, Никита, – Элиза легко улыбнулась ему, приглашая в дом. – Чай, кофе? Холодный лимонад?

– За последнее буду крайне благодарен, – не удержался Никита.

В сдержанности Элизы он слышал скрытую тревогу, поэтому ходить вокруг да около не стал: едва только они оказались на кухне и он, стараясь не походить на оголодавшего бездомного кота, ополовинил стакан с лимонадом, в котором приятно хрустели кусочки льда, приступил к делу.

– Два месяца назад к Яне в руки попали украшения: браслет и медальон, – начал Никита, не стараясь выбирать слова и думать над построением фраз. С такой, как Элиза, этого можно было не делать, она поймет и так, Никита был в этом уверен. – К сожалению, украшения эти не так просты, как кажется на первый взгляд. Когда-то давно один маг вызвал демона и с помощью них привязал его к себе. С тех пор все, кто носит браслет и медальон, как бы владеют демоном, могут загадывать ему желания, и он их исполняет.

Но если только одним из украшений завладеет кто-то другой, демон получит силу и постарается убить и бывшего, и нового хозяина. Сейчас, пока обе вещицы у Яны, ей вроде бы нечего опасаться.

– Погодите, – перебила его Элиза, – но я не видела у Яны ничего подобного. Уже стоит переживать?

– Нет, – Никита успокаивающе улыбнулся. – Ей необязательно носить их, важно, что она ими владеет, и, пока их не наденет никто другой, она – их единственная хозяйка. Она хранит их в мешочке подальше от посторонних глаз, так безопаснее.

Проклятые украшения имеют свойство притягивать взгляд, даже если кажутся совсем обычными и дешевыми безделушками, кто-то может захотеть надеть их, если они будут на виду. Но проблема на данный момент не в этом. – Он замолчал, на этот раз собираясь с мыслями, потому что то, что собирался сказать Элизе, не говорил еще никому и не был уверен, стоит ли вообще это упоминать. Вдруг он ошибся, вдруг отец ему солгал? А материалы убийства матери только подстегивали эти сомнения.

– А в чем? – спросила Элиза.

– У меня есть предположения, что владение этими украшениями может сказываться на психике человека, – осторожно сказал он.

– Как именно?

– К сожалению, я не знаю. – Никита немного помолчал, а затем сказал будто в пустоту. – Пожалуй, мне придется рассказать вам все, чтобы вы поняли, иначе я не знаю, как это объяснить.

– Пожалуй, – согласилась Элиза.

– Много лет назад мой отец убил свою жену, мою мать.