Граммы для жизни

В такие минуты Люся как будто видела свет, исходящий от его лица. И оторваться было невозможно. Хотелось любоваться бесконечно. И Люся не замечала, как сама улыбалась вслед за Володей. После этого дня, когда у него получилась система оттока воды от дома, Володя и вовсе перестал хмуриться.

Люся не поняла, как она устроена, да и проверять, как она работает, не было возможности – на острове не было гостей.

Маруся приезжала ненадолго – не хотела мешать молодым, к тому же у нее было много дел в огороде.

Володя показывал на чертежах, как это все будет выглядеть, и все было прекрасно в его рассказах.

«У тебя будет дом с фонтаном. Вот смотри – вода пойдет в эти отверстия, а выходить будет через эти трубочки, и красиво распыляться с помощью этого устройства. Это будет волшебно!»

Казалось, что он совсем забыл то, что его мучило, не бывал хмурым, шутил, рассказывал истории из детства – как хотел стать изобретателем и что придумывал, как помогал дедушке плотничать и чему научился у него.

Он всегда благодарил Люсю за обед, даже если еда была самой обычной – гречка и овощи, подружился с котом. Еще он пел для нее смешные песни. Для нее уже давно никто не пел. У него не было ни слуха, ни голоса. Но он любил эти песни, и он искренне хотел поделиться ими с девушкой. И она радовалась этому больше, чем простому юмору его песен, и счастливо смеялась.

В один из таких моментов Люся подумала, что вот так, с Володей, она готова прожить на острове хоть тридцать лет, а может и всю жизнь. Если бы Володя никуда не уходил, то и она готова была остаться. И тут же следом пришли в голову ужасные мысли – если ее коварный план воплотится в жизнь, она уйдет с острова, освободится, а Володя останется навсегда. Она принесет его в жертву своему счастью. И все будет так, как сказала Маргарита, – она будет счастлива за чужой счет.

Она не захотела принять добровольную помощь от ведьмака, человека, который раздражал ее своей никчемностью и нерешительностью, но зато приносит в жертву человека, который ничего не ожидая взамен, помогает, заботится, радует ее по душевной доброте. И она обрекает его на долгие годы страданий и одиночества – на то, что испытывала сама. Представив это, Люся ужаснулась – своей внезапной подлости и эгоизму.