Последняя надежда планеты

Где-то были похожие пейзажи, растительность, где-то животный мир. Но, пожалуй, моя планета большее сходство имеет с Землей. Неудивительно, ведь она ближайшая соседка в этой звездной системе. А в ночном небе ее очертания без труда рассматривались невооруженным глазом.

Мысли снова вернулись к предстоящей Планетарной конференции. Как я не любила эти ежемесячные сборы. На них всегда многолюдно, и не скроешься от любопытных взглядов. Я бы с удовольствием предпочла уединение, чем слушать длинные, фальшивые доклады об изменениях нашего мира.

Одно успокаивало – сегодня последний день, и он должен быть намного короче вчерашнего.

– Гуляешь? – веселый голос брата вывел из задумчивости.

Мар быстро и уверенно приближался, не скрывая радости. Беззаботный молодой человек девятнадцати лет. Его светлые волосы небрежно растрепывал теплый ветер, а в голубых глазах плясали игривые искорки.

– Что тебя так развеселило? Возможность избежать сегодняшнего мероприятия?

Мар улыбнулся, подходя ближе.

– Не совсем, сестричка! Ты же знаешь, я люблю конференции. Но сегодня у меня другой повод для радости – лечу на Эплон!

Я удивленно подняла бровь, не до конца понимая, что он имеет в виду.

– И что с того? С каких пор полет на спутник Мелса стал вызывать у тебя детский восторг?

Брат нахмурился, но через секунду на его красивом лице вновь появилась улыбка.

– Даже не пытайся испортить мне настроение. Неужели, ты не понимаешь, что полет на Эплон – это возможность проявить свои лучшие качества! Сегодня там будет собрание нанобиологов, и мне обязательно быть там! Возможно, именно сегодня у меня появится шанс представить свои последние разработки и исследования!

Я скептически поморщилась, и от Мара это не укрылось.

– Да, я знаю, что ты не поощряешь моих начинаний. Но что еще ожидать от девушки, в чьей голове сумасбродные идеи?

Я знала, что он намеренно это сказал, пытаясь меня уколоть. Мы не были с ним особо дружны, и я действительно не поощряла его амбиций в нанобиологии.

Его разработки биологического оружия совсем не вписывались в мое понимание мира. Мне всегда казалось, что лучше направить усилия на изучение болезней, с которыми не могут справиться представители других планет, чем тратить время на создание оружия, способного уничтожить миллионы человек. Вместо того, чтобы создавать лекарства для спасения, они создавали смерть.