Оборотни. Мир Сумерек

– Боже, милостивый Господь, как же я люблю тебя, Киса, – произнёс он и в этом признании были такая боль, такая тоска, что на миг Пантера ощутила сильную волну сочувствия.

В глазах потемнело. Тело её обмякло, а из полуоткрытых губ сорвался порывистый вздох.

– Ох, – внезапно очнулась Пантера. – Я немного задремала на твоих руках. Как в детстве. Странно, никогда не была сентиментальной. – Она поднялась.

– Прости, милый дядя. Я, кажется, неважно себя чувствую. Пойду к себе.

– Останься, – попросил князь. – Я приказал приготовить сегодня изысканный ужин.

Оленина, которую я добыл на сегодняшней охоте. Куропатки и фазаны – дар клана Волков. Охотники из Серой гвардии по-прежнему сопровождают меня во время лесных вылазок. К этому жареная форель с овощами, фрукты из садов южных вассалов.

– Ах, опять Летучие постарались, – довольно улыбнулась Пантера.

– Ты так аппетитно расхваливаешь все блюда, что у меня невольно слюнки текут. Так и быть. Забудем о болезнях и вкусим от щедрот этого мира.

– Я рад, что ты переменила решение.

Ведь сегодня у нас гости.

– Кто?

– Ты будешь удивлена, нас почтил своим присутствием принц лунного народа. Проснулись, наблюдатели.

Сердце Пантеры ухнуло вниз.

– А пока советую принять истинный облик, чтоб отдохнуть и прийти в себя перед приёмом гостей. Человеческие тела не самые удобные в мире, – сказал Лев, он, улыбаясь, смотрел на грациозную Пантеру, чья звериная сущность проглядывала и в девичей стати. Князь восхищался ею, и его юная племянница чувствовала это.

Лев встал, расправил могучие плечи и словно стал больше. Раздалась ярчайшая вспышка, охватив мощную фигуру Льва. Не жгучее пламя плавило его тело, придавая новый облик. Через считаные мгновения свет опал, «огонь» расступился, выпуская князя в его любимом образе. Огромный пламенно-рыжий лев обернулся к Пантере:

– Я ухожу. Если понадоблюсь – ты знаешь, где меня искать, – с этими словами Лев перешагнул невидимую черту и исчез.

X

Пантера шла по запущенному замковому саду.

Кисточки высокой травы щекотали её чувствительный кошачий нос, под гладкой, чёрной шерстью переливалось сильное, мускулистое тело хищницы. Оборотень вдыхала тысячи ароматов, тонкая взвесь водяного пара в воздухе говорила о близости водопада. Пантера чувствовала свободу и мощь звериных инстинктов, просыпавшихся в ней с каждым перевоплощением. Её до сих пор не покидал детский восторг первооткрывателя, более свойственный подростку, ещё не свыкшемуся со своим звериным «я».