Приключения суриката. Сказка для взрослых детей

Только вот я не понимаю, зачем? Если б я сбежал, жил бы все время на просторе, на лоне природы. Вот это была бы жизнь!

Тут Ботаник подошел со своими шприцами, достал Суриката из клетки, быстро укол сделал, положил обратно, потом проделал тоже с Толстяком. В это время к Ботанику, теребя свою длинную косу, подошла Олеся, сказала ему что-то приветливо, Ботаник смутился, ответил ей ласково.

– Ботаник, гадюка, – Толстяк потер место укола, – когда девку эту, блондиночку, видит, уже не смотрит куда колет, чуть в живот не попал.

– Олеську-то? Да уж, хороша, ничего не скажешь. Шерсть какая густая, видал? У них называется волосы.

– Олеська – это ее имя?

– Да… А откуда я это знаю? И про волосы? – удивился Сурикат.

– Да ты кучу новых слов говоришь, как по башке колбой получил, так и стал их выдумывать.

– Ничего я не выдумываю, они как будто сами ко мне в голову приходят.

Ботаник нервно застучал ногтями по столу, рядом с клетками клетки, Толстяк и Сурикат задрали головы вверх, следя за беседой Ботаника с Олесей, хоть и не понимая ни слова.

Хотя – нет: Толстяк по-прежнему слышал только шум, а вот Сурикат стал различать слова в общем реве грома.

– Тооааа моое поёё киооооо? – слышит Сурикат звуки изо рта Ботаника.

У Ботаника глаза горят огнем, а щеки пылают, только вот Олеся слушает его без энтузиазма, хлюпает носом, отворачивается все время.

– Нет, сегодня я занята, нужно к бабушке съездить.

– А завтра? – смущенно пролепетал Ботаник.

 – Завтра как раз новый фильм выходит.

– Нет, завтра тоже не смогу.

И отвернулась к клеткам, сделала вид, что работает, Ботаник пожал плечами, ушел из комнаты, расстроенный.

– Обломала она его, – предположил Толстый, – видно, неприличное что-то предложил.

– Да нет, ничего неприличного, просто в кино приглашал, а она отказалась идти.

Толстяк в шоке посмотрел на товарища.

– Ты что, их понял?!!

Сурикат ошеломленный и растерянный, сел на пол.

– Я их понимаю! Понимаю человеческую речь!

– Не может быть! Да это же прорыв в эволюции животных…! Ну-ка, ну-ка, о чем там Олеська по телефону разговаривает?

Сурикат прислушался.

Олеся расстроена, чуть не плачет.

– Нат, О-е нра-ся, о е-о парум… – услышал Сурикат.

– Говорит, что ей Ботаник нравится, но его парфюм она не переносит, глаза сразу краснеют, слезятся… Убегает, чтоб такую «красавицу» не видел, а про аллергию свою сказать ему стесняется.