Назови его моим именем. Книга 2

Было уже поздно, – не отпустим просто так принцессу.

Она сняла с вешалки пальто и стала надевать его. Аня подошла. Она нерешительно смотрела на Владу и то возьмется за карман, то отпустит его.

– Вы хотите мне что-то сказать?

Влада уже стояла полностью одета, и ей было немного душно. Аня все-таки решилась. Она достала из кармана смятый листок сложенный много раз пополам и протянула Владе.

– Что это? – та взяла лист в руку.

Аня сглотнула.

– Помнишь, я сказала тебе, что Оленька до знакомства с тобой, что-то еще говорила про родных?

Влада отрицательно покачала головой.

Она действительно не запомнила это или не обратила внимания.

– Ну, так вот, – Аня засунула обе руки в карманы халата. Она немного нервничала, – у нас принято, как и везде, письма писать Дедушке Морозу.

– Это правильно, – согласилась Влада, – мне это надо прочесть?

Аня кивнула. Влада поставила сумку и развернула письмо.

« Дарагой Дедущка Мароз. Тебе пишет девачка Оля. Мне лет семь. И я скора умру.

Я хачу только маму. Но дарит мне ее не нада. Я сама ее нашла. Папраси только Владу чтобы анна стиала моей мамай. А тебе желаю долга жыть и не балеть. Оля».

Влада и не заметила, как заплакала. Она смахнула слезинку с щеки и посмотрела на Аню.

– Бедная девочка, – всхлипнула она, – она понимает, что умирает. Это так ужасно.

Аня забрала письмо и положила его в карман.

– Владислава, – ты все видишь и ничего, – она больше не желает разговаривать о своих родителях. Она хочет, чтобы ТЫ стала ей мамой.

Она это попросила у деда мороза в подарок.

Влада растерялась. Даже расстегнула пальто и села в кресло. Поправила шарфик, стало совсем душно, не хватало воздуха.

– Это так сложно, Анна Валентиновна. Неожиданно. А может попросить ее переписать письмо и пожелать, например, платье принцессы? Я ей десяток их куплю. Но мамой, ой.

Аня села рядом и положила руку Владе на колено.

– Оленька больна уже безнадежно. Ты сама видела результаты последнего обследования. Она до лета может не дожить.

Твоя сестра описала тебя как человека надежного, но впадающего легко в крайности. Влада, я вынуждена просить тебя об этой малости, прости, но ты подумай, хорошо? Если бы она попросила меня стать ей мамой. Пойми, для ребенка это нормально, хотеть быть с мамой. Я не заставляю. Но ты уже видела, какой она сложный человек. Такой еще маленький, но уже далеко не наивный и рассудительный. Иногда мне кажется, что Оленька мудра и умна не по годам.