Глория. Два короля

Вытянула правую руку вперед, краем сознания отметив появившийся на коже темный узор, словно вены наполнились чернилами. И когда баронесса подскочила, шипя и клацая зубами-иглами, фиолетовая молния ударила снова.

Но на этот раз чудовище было настороже и успело увернуться. Молния пробила стену рядом с камином, оставляя за собой истекающий раскаленными слезами камень.

Длинным прыжком баронесса бросилась на меня, взмахивая оставшейся рукой-пилой. Защищаясь, инстинктивно я развернулась к ней правым плечом и выставила вперед согнутую руку.

Фиолетово-серебристая полусфера, возникшая в воздухе, прикрыла меня словно щитом. Она была почти прозрачной, лишь марево воздуха дрожало перед глазами, искажая перспективу. Удар, яркая вспышка – и де Грильон, воя от боли, отскочила назад! Костяные шипы на ее руке оплавились и почернели, хотя я никакого жара от щита не ощущала.

Время будто замедлилось. Теперь баронесса двигалась, словно в толще воды, а я старательно прислушивалась к своим ощущениям. «Игристость» крови никуда не делась.

Наоборот, она усилилась, и лопающиеся внутри меня «пузырьки» дарили ощущение силы. Сила потоком проходила сквозь меня, и я, повинуясь необычным ощущениям, слегка повернулась. Это оказалось настолько просто и естественно, что я невольно засмеялась. Темная магия наполняла каждую клеточку моего тела, она дарила ощущение могущества и…

Баронесса вновь кинулась на меня в безнадежной попытке добраться. Усмехнувшись, я убрала щит и ударила по ней сорвавшимися с пальцев молниями.

Чудовище не успело даже завизжать. Его просто разметало на мелкие кровавые ошметки, которые с влажным чавканьем разлетелись по всей комнате.

Я медленно опустила руки и огляделась.

– Ох, и задаст мне тетушка Файлина…

Спальня отца сейчас больше всего напоминала мясобойню. Но странная «игристость» в крови не дала мне времени для обдумывания случившегося. Вместо этого мне до безумия хотелось вновь испытать силу, которая сейчас полностью подчинялась. Я вскинула руки и радостно засмеялась, глядя, как новые молнии оставляют огромные борозды на стенах.

Кровь во мне бурлила все сильнее. Наполненные чернилами вены на руках вздулись, и я, всего лишь пожелав, поднялась над полом и зависла в воздухе. Вся усталость пропала. Наоборот, во мне кипело нечто могучее и древнее. Нечто, отзывающееся низкой, грозной вибрацией из самой глубины моей души и требующее… чего?

Внезапно перед глазами все поплыло, горящая комната вокруг стала нечеткой.