Последний вздох Аполлона

Но, поскольку все беседы в «Луксоре» по негласной договоренности велись на языке английских гостей, в конечном итоге было удобно, что на нем говорили и слуги.

Лючия Морелли, как оказалось, тоже неплохо знала английский. Митя не умел определять возраст, однако почему-то решил, что ей скорее за тридцать, нежели сильно за двадцать. У нее были нетипичные для итальянки светлые локоны, убранные в замысловатую прическу. Сестра Калверта предположила, что Лючия осветляет их с помощью перекиси водорода.

– Для лакея, служившего в доме графини, ваш Бичем держится не слишком уверенно, – проронил Найтли, когда слуга на мгновение замешкался, обдумывая, следует ли положить на тарелку журналиста третий кусочек запеченной форели.

Мите показалось, что Кэтрин, миниатюрная брюнетка с огромными глазами, в этот момент слегка мотнула головой, будто сделала знак Бичему, и лакей поспешно перешел к следующему гостю.

– Он исправится, мсье Найтли. Однако я попрошу Дюпона с завтрашнего дня помогать ему прислуживать за столом.

Наверняка вы уже имели возможность убедиться, что мой портье говорит по-английски почти так же хорошо, как я.

Шутка вызвала одобрительный смех, и мимолетная озабоченность исчезла с лица Шабо.

Париж в начале ноября был полон очарования. Деревья на бульварах уже обнажились, отбрасывая сплетенные тени ветвей на пыльные тротуары. За деревьями проступили фасады домов с ажурными решетками французских балконов. Улицы гудели, запруженные каретами и омнибусами, запах конского навоза смешивался с ароматами кофе, корицы и горячих круассанов.

Медленно наливались апельсиновым светом электрические фонари.

Найтли шел размашистым шагом по Итальянскому бульвару. Митя, Кэтрин и американец Холлуорд старались не отставать от него, в то же время успевая восторженно озираться по сторонам. Этих троих, несмотря на очевидную разницу во вкусах и воспитании, объединяло ощущение легкой эйфории. Горничная Кэтрин, благочинная пожилая дама, семенила следом, нагруженная шляпными коробками.

Сестра Калверта пребывала в полной уверенности, что нельзя побывать в Париже и не приобрести с полдюжины новых шляпок. Сегодня она купила четыре, которые выбирала не меньше часа.

– Кажется, в этом доме находилась редакция журнала «Мушкетер», – заметил Найтли, не сбавляя шага. – Журнал, между прочим, издавал Александр Дюма.

– Ты же знаешь, братец, что я больше люблю Гюго. Кстати, когда мы посетим Нотр-Дам?

– Не сегодня, Кэт.