Седьмое небо

Лет через десять…

Тиси, как в воду глядела!

Прошло десять лет

Я не собирался показываться в Эмиратах, но мой первый самостоятельный проект требовал серьёзных доработок. Так хотелось закончить его самому, без помощи отца, но сроки поджимали, а некоторые детали вызывали сомнения.

Я вошёл в очередной родительский дом, и тут же замер на месте. Рядом с сияющей мамой восседала её лучшая подруга. Отдать должное миссис Саливан, она, наконец-то приобрела женственные округлости и уже не так напоминала швабру из нашей кладовой.

Вот только серый цвет лица остался неизменным. Да и выражение на том самом лице осталось прежним. Протянув руку, она выдавила подобие улыбки.

? Добрый день, юноша. Оу! Вам бы не мешало помыться с дороги.

Юноша! Надо же, да меня повысили. Впрочем, называть двадцатипятилетнего мужика юношей казалось забавным. Я пропустил мимо ушей очередное замечание. Я и сам знал, что в такую погоду стоило смыть пот и дорожную пыль. И сейчас это являлось лучшей причиной прервать беседу.

Ехидно улыбнувшись, я взглянул на мать.

? Ты не сказала, что у нас гости. Знай я это заранее, принял бы душ в аэропорту. Там и заночевал бы.

Мелисса обняла меня и миролюбиво похлопала по плечу.

? Тиси и Ли уезжают вечером. Жаль, что у тебя мало времени пообщаться с малышкой, но, смею тебя заверить, она прелестна.

Изобразив на лице сожаление, я поспешил на второй этаж. Очередное съёмное жильё. Стандартное, без изюминки, без лица и без души. Сколько раз я спрашивал родителей, не надоело ли им колесить по свету.

Но те лишь руками разводили. Семья не бедствовала. И отец мог при желании купить недвижимость в любой стране, но мама только вздыхала. «Нет! Вот когда осядем, тогда и дом купим.» Я понимал её. Мелисса не желала сидеть в четырёх стенах и ждать мужа, как Пенелопа. Она находилась рядом с ним всю жизнь и не собиралась менять правила. «Твой отец иголка, а я нитка,» ? частенько повторяла она, ? «рано или поздно, папе надоест мотаться. И вот тогда…» Мел могла часами рассказывать, какая жизнь нас ждёт тогда. Вот только я не собирался вечно осуществлять её мечты и оправдывать ожидания. Я хотел строить собственное будущее. Я имел на это право.

Итак, моя комната находилась, как всегда, в конце коридора. Приняв душ, я подошёл к окну, выходившему во внутренний двор, и остолбенел. Возле бассейна, в шезлонге, возлежало худенькое существо в купальнике. Оно было настолько худым и немощным, что меня тут же окатила волна сострадания.