Наследник в довесок, или Хранитель для дракона

Я сцепила руки за спиной, до боли вонзив ногти в кожу, и смотрела себе под ноги, упрямо сжимая губы. У меня нет доказательств правдивости своих слов, а значит, и оправдываться нечем, да и незачем. Хасраши не научены оправдываться. Мы можем изложить происходящее четко, строго и по делу. Но не оправдываться. В конце концов, бросаясь к дракончику на помощь, я осознавала последствия. Правда, не понимала, насколько они станут катастрофическими для меня. Но все же.

– Недопустимо… – донеслись до меня слова Вестера. – Вы понимаете, о чем я, Норей?

– Да! – глухо произнесла, не узнавая собственного голоса.

 – Я могу быть свободна.

Судорожный вздох Мастера заставил меня поднять на него взгляд. Даже через привычное для его лица равнодушие я видела сожаление.

– Я не могу вам помочь, Эсми, – произнес он строго. – Вы не просто испортили задание. Вы сорвали дело нескольких месяцев. Вы, лучшая ученица, поставили под сомнение все обучение нашей академии. Хуже того, вы пытаетесь себя выгородить, придумывая совершеннейшие небылицы.

Это недопустимо.

– Я поняла, – ответила ровно, без запинки, старясь держать лицо. – Я принимаю свое наказание с честью и достоинством, как и подобает воину хасраши.

Плечи Мастера заметно опустились.

– Вы больше не воин хасраши.

Ком подскочил к горлу, я с трудом его проглотила. О тьма, за что ты так со мной?

Все следующее, сказанное Вестером, звучало словно набат в моей голове.

– Совет отказывается от ваших услуг, а я не имею права оставить вас в рядах хасраши, позоря тем самым доблестное имя воинов тьмы.

 – Он поднялся и, смотря прямо мне в глаза, произнес с убийственной суровостью: – Прощайте, Эсми.

***

Из кабинета я выходила на ватных ногах. Так плохо мне не было даже после встречи с аркарной. Тогда я болела телом, и это можно было перетерпеть. Теперь же у меня убили душу. Разбили и уничтожили. Я не знала, куда мне идти и что делать.

Орочье вымя, если бы сейчас я встретила того дракончика, то еще неизвестно, кинулась бы его спасать или нет.

Стоила ли шкурка одного чешуйчатого всей моей жизни? И куда только темные боги смотрели? Не позорить доброе имя… Тьфу! Как после этого верить в догмат, что за спиной каждого хасраши стоит истинная тьма и сила ее. Где она была, когда я уже почти выполнила задание и мечтала стать всецело преданной Совету? Как она могла допустить этого чешуйчатого на моем пути? Видимо, я чем-то не угодила тьме. Или обидела? Чем я могла ее обидеть? Знать бы.