Наследник в довесок, или Хранитель для дракона

Шла к стенам академии задумчивая. Почему к стенам академии?

В здание Совета меня не пустили, молча прикрыли ворота после стука и мрачно сказали в окошечко:

– Вас ожидает Мастер Дамай в академии Шаркароха.

На этом все. Совет закрыл передо мной двери.

Но, даже пересекая площадку академии и понимаясь по ступеням в кабинет самой высокой башни, где и ожидал меня Мастер, я все еще не теряла надежду, что отправили меня для получения наказания. И уж Вестер постарается, найдет толковое, такое, чтобы у меня мозги зашевелились и я больше не кидалась спасать чужеродных детей.

Да и отбить остатки жалости не мешало бы. Мастер прав: хасраши не ведают что это такое. Для них нет ничего важнее приказа. Может, я неправильный хасраши? Или Мастер что-то упустил в моем обучении? Эх, я так и знала, при битве с аракарной та мне голову повредила. Видимо, лекари академии не смогли полностью залечить, а мне не сказали. Пожалели. Разве кто больного на голову хасраши возьмет в Совет? А оно вот и вылезло теперь. Выходит, это не тьма виновата. Это я с поврежденными мозгами.

Совсем мрачно. И кому же я теперь, больная на всю головушку, нужна?

Примерно с этим вопросом я и достигла ворот академии, размышляя, чем могут подрабатывать убогие. По всему выходило, ничем. Может, мне в монастырь тьмы податься?

Вроде как за городом был какой-то приход. Для начала туда направлюсь, а потом решу, как быть.

Никакой охраны у ворот не было. Да и зачем? В военную академию Шаркароха разве что совсем дурак решит полезть.

Потому я сама открыла тяжелые ворота и уже шагнула за порог, когда на всю академию раздалось властное и громогласное голосом ректора Картара:

– Эсми Норей, сейчас же вернитесь в кабинет своего Мастера.

Ого! Сам ректор ко мне обращается. Неужели все же решили дать шанс? И наказание придумали жуткое? Я готова все выполнить. Хотите, в песках тьмы еще одну аракарну достану. Или двух. А можете и вовсе меня на месяц выкинуть в сумрак для обучения большей выдержке.

Я выдержу!

Неслась огромными скачками. Впервые за мою жизнь несдержанно, с отчаянно отстукивающим в висках пульсом. Бегом поднялась по ступеням, заскочила в кабинет.

И здесь замерла. Предчувствие кольнуло тонкой иглой где-то между ребер.

В кабинете кроме моего Мастера, стоящего у окна и хмуро смотрящего на вошедшую меня, находились еще непосредственно сам ректор Гортер и двое мужчин. Крупные, с хищными чертами на немного вытянутых лицах.