Невеста твоего проклятия

Попытался встать, ноги не держали. На карачках пополз подальше, испуганно озираясь на стража.

– Спасибо! – поблагодарила я. – Но я вполне способна сама за себя постоять.

Он перевёл взгляд на меня. Казалось, только сейчас решил узнать, кого же он там защищал. Посмотрел спокойно, даже изучающе. После чего совершенно равнодушно произнёс:

– Позор для мужчины – смотреть, как женщину оскорбляют, и ждать, когда она сама сможет за себя постоять. Надеюсь, с вами всё в порядке?

– Всё в порядке.

– Честь имею, – он отвесил лёгкий поклон, развернулся и направился по переулку, не обращая больше на меня ни малейшего внимания.

– Стойте! – я бегом бросилась за стражем.

Он остановился. Оглянулся на меня. На лице отразилась тень удивления и тут же пропала, скрывшись за безразличием.

– Вы что-то хотели, леди?

– Ваше имя, – я споткнулась на слове. И тут же торопливо добавила: – Я могу узнать имя мужчины, заступившегося за мою честь?

Минута. Примерно столько длилось молчание, во время которого страж рассматривал меня, словно какой-то любопытный предмет, решая, стоит ли он того, чтобы ему представляться.

И, видимо, решил, что так и быть, удостоит меня чести.

– Рэй Слай к вашим услугам, леди, – он слегка поклонился. Отвернулся и направился прочь.

Я стояла, смотря ему вслед. Странное это было ощущение.

За всю жизнь за меня никогда никто не заступался. А теперь заступился. Страж захватчиков. Один из тех, кого мы, жители Дагора, боялись и не любили. Тех, кого считали почти врагами.

На кого косились и шёпотом пересказывали страшные истории. Только недавно кто-то из соседей рассказывал, как какой-то другой сосед напал на вот такого же стража, и всё… Помутнение разума, полная недееспособность. И ведь говорят: страж его даже пальцем не коснулся. И это была не единственная история. Придуманные или нет, навеянные страхом и нелюбовью, они обрастали всё новыми жуткими подробностями, и люди искренне боялись стражей. И, завидев хоть одного, спешили перейти улицу, а то и вовсе скрыться с глаз долой.

И вот один из этих стражей заступается за меня. А это значит, ничто человеческое им не чуждо. И благородство в них тоже есть. А что есть ещё? Мы ведь почти не знаем шахкаров и даже не пытаемся изучить и понять. Мы принимаем их как захватчиков, а значит, по определению, за зло.

Медленно и задумчиво я брела по переулку. И, даже когда покупала продукты для ужина и вещи в дорогу, всё ещё думала о славном страже, представившемся как Рэй Слай.