Шестая жена

– Леди Делора, вы пришли в себя?

Неприемлемый вопрос, учитывая то, что у меня глаза открыты и я даже говорю.

– Судя по тому, что вижу, не совсем. По крайней мере, я очень сомневаюсь в своем нормальном психическом состоянии, – проговорила раздраженно, пытаясь вспомнить произошедшее. Я шла к Рите, меня остановили, дали бокал с вином… Ох ты ж! Меня отравили? Судя по тому, что я дышу, нет. Но как-то все вокруг странно!

– Леди Делора Ливьер пришла в себя! – сообщила куда-то назад девушка.

Делора Ливьер! Это я-то? Конечно, мое истинное имя – Дарья Каширина – и рядом не стоит, но все же как-то привычнее.

И я хотела бы попросить обращаться ко мне по имени-отчеству, данным мне с рождения. Вот только… Может, я все-таки еще не пришла в себя?

Над моим телом, лежащим на чем-то твердом, склонилось несколько лиц. Мое первое удивление отступило, и ему на смену пришло искреннее глубокое изумление. Вот прямо до икоты.

Это розыгрыш?

Все склонившиеся головы были словно из Марлезонского балета. Высокие конструкции на головках обладательниц ничем не уступали Эйфелевой башне.

Упругие локоны ниспускались крутыми локонами, даря зависть Ниагарскому водопаду. Декольте на винтажных платьях были глубоки. Увидев эти наряды, заполучить их захотели бы лучшие модельные дома. Драгоценности на шеях их обладательниц – предмет тайной зависти ювелиров. А замазанные белилами лица могли вызвать нервный тик у любой уважающей себя гейши.

Мужчины тоже удивляли камзолами с золотыми нашивками и париками на мужественных головах!

– Что за маскарад? – не выдержала я.

– Милорд! Милорд! – снова пронзительный голос девчонки в чепчике. – Леди Ливьер пришла в себя!

Дамы-раритеты разом расступились. Раздались твердые уверенные шаги. Мне это совсем не понравилось. Я повернула голову и увидела приближающегося мужчину.

Превосходный черный костюм, плотно облегающий безукоризненную фигуру. Выгодно расстегнутая первая пуговица белой рубашки. Темные волосы зачесаны назад, а взгляд… Вы когда-нибудь видели грозовое облако в ночном небе? Ко мне приближалось именно оно! Лицо холодное, хмурое, на нем темные, сверкающие неприязнью глаза.

Резко очерченные скулы напряжены, губы сжаты в тонкую полосу. Все это не вызывало приятных впечатлений.

Он наклонился и прошипел мне на ухо:

– Что за спектакль вы устроили?

Потом схватил за руку и очень болезненно вздернул на ноги.

Я хлопнула глазами. Вот уж терпеть не могу такого неуважения к женщинам! Особенно к себе.