Игра в убийство. На каждом шагу констебли

Хендсли повернулся к детективу:

– Так приглашать их в гостиную?

– Мне хотелось бы сейчас задать несколько вопросов вам. А остальные подойдут туда позже. Сэр Хюберт, если я правильно понял, мистер Ренкин был вашим давним другом?

– Практически я знал его всю жизнь. Все еще не могу постигнуть, до меня все еще не доходит, что же все-таки произошло. Это ужасно, это невероятно. Такая трагедия. Все мы его хорошо знали. Нет, его убил кто-то посторонний. Только так.

– Сколько слуг вы держите в доме? Я увижусь с ними позднее, а сейчас хотел бы, чтобы вы мне их только назвали.

– Да-да, конечно. Это ведь обязанность каждого – дать о себе подробный отчет. Ну, а мои слуги… они все у меня уже много лет. Все. Я не могу представить, чтобы у них были какие-нибудь мотивы.

– Мотивы… ну, о них мы сейчас говорить не будем. Не могли бы вы мне их перечислить, ваших слуг?

– Мой дворецкий по происхождению украинец, но всю жизнь прожил в России. Он начал служить у меня двадцать лет назад, когда я работал в Петербурге.

– С мистером Ренкином он был хорошо знаком?

– Очень хорошо. Ренкин регулярно бывал здесь в течение многих лет и всегда поддерживал прекрасные отношения со всеми моими слугами.

– Мне сказали, что кинжал этот происходит из России.

– Сделан он, по-видимому, во времена татаро-монгольского владычества, но исторически происходит из России, – сказал сэр Хюберт и кратко изложил историю кинжала.

– Хм, – задумчиво произнес Аллейн, – я где-то слышал такое забавное русское выражение: «Поскребите любого русского – и вы обнаружите под ним татарина».

А ваш слуга видел эту уникальную музейную вещь?

– Да, видел. Я точно помню, он был в холле, когда Ренкин впервые продемонстрировал кинжал.

– Он прокомментировал это как-нибудь?

– Василий? Нет. – Хендсли заколебался и повернулся к Анджеле и Найджелу. – Хотя, постойте, по-моему, он что-то сказал доктору Токареву об этом кинжале, о том, что он принадлежит «братству»?

– Да, сказал, – медленно произнес Найджел.

 – Он сделал какое-то замечание по-русски. Доктор Токарев заметил: «Этот бывший крестьянин согласен со мной», – а вы, сэр Хюберт, еще сказали тогда Василию, что он может идти.

– Именно так и было, – подтвердила Анджела.

– Понятно. Удивительное совпадение, вы не находите? Этот кинжал, ваш дворецкий и ваш гость – все они одной национальности.

– Не так уж все это и странно, – заметила Анджела.