Заклятие древних маори. Последний занавес

– Теперь-то хоть ему крышка, док? – спросил он. – Это ведь покушение на убийство, верно?

– Надеюсь, – вздохнул доктор Акрингтон.

II

Встав посреди кухни, миссис Клэр уставилась на Эру Саула пристальным взглядом. Хотя ростом женщина едва доставала ему до подбородка, выглядела она столь строго и внушительно, что Эру неловко мялся, избегая смотреть ей в глаза.

– Ты, должно быть, собрался домой, Эру? – спросила миссис Клэр.

– Да, миссис Клэр, – промямлил Эру, глядя на Хойю.

– Хойя сейчас очень занята, – строго произнесла жена полковника.

– Да, мэм, я знаю.

– Нам не нравится, когда ты здесь засиживаешься. Ты это помнишь?

– Но я же ничего вам не сделал, миссис Клэр. В чем моя вина?

– Может, и ни в чем, но полковник не хочет, чтобы ты сюда приходил. Понимаешь?

– Но я просто хотел спросить Хойю, не согласится ли она пойти со мной в кино.

– Я уже сказала, что не пойду с тобой, – нарочито громко заявила Хойя.

– Вот видишь, Эру, – торжествующе сказала миссис Клэр, – она не хочет.

– Другого завела, да?

Хойя замотала головой.

– Хватит, Эру, – жестко оборвала миссис Клэр юнца. – Не зарывайся.

– Эх ты, – горько скривился Эру, не сводя глаз с девушки.

– Пожалуйста, Эру, ступай своей дорогой, – попросила миссис Клэр.

– Хорошо, мэм, я пойду. Но ваша Хойя врет. Я не хотел этого говорить, но раз она себя так ведет… Словом, можете сами спросить мистера Квестинга, миссис Клэр, – сегодня днем она гуляла с ним по берегу.

После ухода Эру округлое лицо миссис Клэр приобрело пунцовый оттенок.

– Если он еще хоть раз придет сюда, – заговорила она срывающимся голосом, – немедленно поставь в известность полковника. Я хочу, чтобы мой муж сам поговорил с ним.

– Хорошо, миссис Клэр.

– Давай накрывать на стол.

Подойдя к двери, женщина приостановилась. Хойя услужливо улыбнулась.

– Надеюсь, Хойя, ты умеешь держать язык на привязи?

– Да, миссис Клэр.

Миссис Клэр кивнула и прошагала в столовую.

Ужин проходил в атмосфере подавленного любопытства. Доктор Акрингтон, вернувшись, сказал, что отправил Смита в постель, добавив, что без этого смутьяна им будет в любом случае спокойнее. Гаунт и Дайкон, уединившись за отдельным столиком, в течение всего ужина отвлеченно болтали. Дайкон пребывал в растерянности и смятении. Он то и дело поглядывал на Барбару – на ее жалкое одеяние, бледное лицо и неловкие жесты.