Заклятие древних маори. Последний занавес

Никогда не прощу себе, если…

Слова замерли на губах миссис Клэр, которая, должно быть, и сама сообразила, что не слишком уместно стращать гостя преждевременными сожалениями по поводу его возможной кончины в кипящей грязи.

Гаунт с Дайконом поспешили заверить добрую женщину, что перспектива свариться заживо их совершенно не прельщает, и отбыли восвояси. С момента своего приезда Гаунт уже успел полежать в «Эльфине». То ли от воздействия сернистой грязи, то ли от оживленной перепалки, свидетелем которой он только что стал, но нога у Гаунта болела куда меньше обычного, и он пребывал в отменном расположении духа.

– Всегда обожал бурные сцены, – признался он Дайкону, – но эта превзошла все ожидания. Вряд ли, конечно, они сумеют продолжать в том же духе – в противном случае мое пребывание в Ваи-Ата-Тапу стало бы сплошным праздником. В любом случае ты молодец, что привез меня сюда.

– Рад, что вы получили удовольствие, – улыбнулся Дайкон. – Хотя в глубине души меня точит червь сомнения.

Уж слишком зловещей выглядела та сцена у переезда. И почему Квестинг наврал с три короба?

– У меня есть на сей счет несколько предположений. Наиболее вероятное – что тут замешана мисс Клэр.

Шедший впереди Дайкон остановился столь резко, что Гаунт врезался прямо в него.

– Что вы имеете в виду, сэр? – вскричал молодой человек. – Какое отношение может иметь Барбара Клэр к конфликту между Квестингом и Смитом?

– Возможно, я и ошибаюсь, но для меня совершенно очевидно, что Квестинг положил на девушку глаз.

А ты разве не заметил? Он и с этой официанткой-маори заигрывал лишь потому, что хотел раззадорить Барбару. Хотя она, по-моему, не балует его своим вниманием. – Искоса посмотрев на Дайкона, Гаунт игриво спросил: – Надеюсь, ты не влюбился в нее?

Дайкон, не поворачивая головы, буркнул:

– Как вам только могла втемяшиться в голову подобная мысль?

– Стоило мне только упомянуть Барбару, как ты тут же ощетинился, словно дикобраз. А в том, что мне в голову втемяшилась, как ты изволил выразиться, подобная мысль, нет ничего удивительного: девушка и впрямь недурна.

Глаза, профиль, фигура – все при ней. Одета, правда, в цветастый балахон, который язык не повернется назвать иначе как рубищем, но тут уж, как говорится, ничего не попишешь. – С колкостью, столь знакомой Дайкону, Гаунт добавил: – Очаровательное имечко – Барбара Клэр. Если бы ты еще отучил ее ухать по-совиному и гикать…

Дайкон готов был удушить его.