Заклятие древних маори. Последний занавес

Если, конечно, я не имел несчастья приехать на другой курорт Ваи-Ата-Тапу. Надеюсь, ваша фамилия Квестинг?

Миссис Клэр порозовела и вежливо ответила:

– Моя фамилия Клэр, но в остальном вы не ошиблись. Могу я проводить вас в вашу комнату?

Мистер Фолс рассыпался в извинениях и поблагодарил ее. Спартанская обстановка комнаты Барбары привела его в восторг.

– Вы даже представить себе не можете, – заговорил он располагающим тоном, – до чего мне надоели гостиничные покои. Я ведь прожил в отелях шесть месяцев кряду и настолько заплесневел от традиций люкс-апартаментов, что уже всерьез борюсь с собой, прежде чем нацепить галстук в крапинку к полосатому костюму.

Ужас как натерпелся. Зато здесь, – он обвел любовным взглядом аляповатую мебель Барбары, которую девушка, подержав как-то в руках журнал по домоводству, раскрасила в совершенно дикие цвета, – я быстро вернусь в свое нормальное состояние.

Таксист занес в дом багаж гостя. Три новехоньких чемодана удивительным образом соседствовали с одиноким малюткой, изрядно потрепанным временем и дорогами, но зато сплошь покрытым наклейками и этикетками.

Миссис Клэр в жизни не видела столько наклеек. В дополнение к тесно лепившимся и наседавшим друг на друга британским и европейским ярлыкам вся крышка была испещрена бесчисленными новозеландскими названиями. Перехватив ее взгляд, мистер Фолс сказал:

– Вы, должно быть, подумали, что я только и делаю, что путешествую, почти не бывая в собственной стране? Нет, разгадка в том, что этот поросенок затерялся, а потом следовал по всей Новой Зеландии за каким-то другим Фолсом.

Могу предложить вам вечернюю газету. Увы, новости с фронта все те же.

Миссис Клэр сбивчиво поблагодарила его и удалилась на веранду, где ее брат раздраженно препирался с Барбарой. Дайкон стоял чуть поодаль, делая вид, что не замечает происходящего.

– Привет, старичок. – Миссис Клэр радостно расцеловала доктора Акрингтона в обе щеки.

 – Мы уже по тебе соскучились.

– Можно подумать, я на Южном полюсе побывал, – фыркнул ее брат, но поцелуй возвратил и снова напустился на Барбару:

– Да перестань наконец строить рожи! С какой стати я буду врать, глупышка? Да и с чего бы это мне вдруг вздумалось дарить тебе такие наряды?

– Нет, правда, дядя Джеймс? Честное слово? Честное-пречестное?

– Да видно же, что у него рыльце в пушку! – воскликнула миссис Клэр, смеясь.