Серый Велиар

– Интересно, и чего их понесло в такую даль? – задумалась Иида. Получив добро на вылет, она начала аккуратно выводить корабль со Станции и, приготовив двигатели к прыжку, включила автопилот. Ей не нравилось самой управлять кораблем и скрупулезно контролировать в полете необходимые процессы, хотя она и могла это делать практически безупречно – по мнению самой Ииды, и корпус корабля «почти без единой царапины» был тому подтверждением. С этим не всегда соглашались техники Илиона, которые обслуживали корабль.

Они не понимали, каким образом на автопилоте можно так беззаботно преодолевать облака астероидов или плотные пылевые скопления, в очередной раз поправляя смещенные двигатели, в которые чего только не набивалось!

IV

На следующий день Иида проснулась довольно поздно и, почувствовав зверский голод, быстро умылась и понеслась на камбуз. В общем отсеке тихо и мирно сидел сморг, который уже давно проснулся, и все это время терпеливо ждал девушку. Иида испытала небольшие угрызения совести – кто бы мог подумать, что этот сморг окажется настолько интеллигентным и деликатным, что скорее умрет от голода, нежели пойдет и пороется в складских запасах в поисках пропитания!

– Ну, рассказывай уже что-нибудь, – сказала Иида, активно уничтожая завтрак, – Каким образом ты попал к этим ищейкам Кваона? Как тебя зовут и откуда ты? В последний раз я видела сморгов, наверное, лет сто назад, когда ещё училась в академии на Вриине, а с тех пор – только в недобрых новостях…

Несмотря на непривлекательную внешность, сморг ел изящно, умеренно и эстетично, используя целый набор разных столовых приборов, большинство из которых лежало в полной неприкосновенности еще с момента появления Ииды на корабле.

– Я родился на одной из наших уцелевших орбитальных станций, – начал свой рассказ сморг, умудряясь одновременно с достоинством есть и отчетливо говорить, – И до некоторого времени, кроме этой станции ничего не видел. С тех пор, как геномод уничтожил нашу систему, сменилось много поколений.

Почти все мои соотечественники постепенно ее покинули, – кто-то улетел в другие миры, кто-то вернулся на нашу родную планету, когда это стало возможно. А после аварии реактора в одном из технических отсеков я остался совсем один.

Он задумался и замолчал, словно погрузившись в далекое прошлое, и судя по грустному взгляду в никуда, было видно, что воспоминания даются ему нелегко.