Проверка началась

Казалось бы, мне это должно быть выгодно. Но я лучше лишний раз скажу: не решайтесь на проверку своих чувств, если вы не готовы к худшему. Когда я говорю, что вы должны быть готовы к худшему, я не имею в виду, чтобы вы уже собрали чемодан и заказали такси к подъезду, отправляясь к маме. Но ваша жизнь должна быть такой, чтобы даже после самого подлого удара судьбы вы выстояли.

Вы должны перестать возмущённо вскрикивать, когда я говорю, что главный мужчина в вашей жизни может в однажды просто взять и разлюбить вас. Если вас так травмирует страх, то что с вами сделает правда?

Даже если он носит вас на руках, даже если он регулярно пополняет вашу карточку и выкинул из квартиры все до последней фотографии своей бывшей – просто смиритесь с мыслью, что однажды это может закончиться.

Дочитав пост Саши, Таня поставила лайк и зашла в комментарии. Илья сидел рядом: он доедал вторую ватрушку с творогом, а вот кофе почти не пил.

– Тебе нравится? – спросила она, присев на край стола. Флиртовать у Тани никогда не получалось, несмотря на приятные внешние данные: женственная, с формами, с чистой бархатной кожей и мягкими каштановыми волосами. Но Чинилкин казался настолько растерянным, что она убедила себя действовать.

– Да. Прекрасные ватрушки, – он нелепо улыбнулся, а на подбородке у него повис маленький комок творога. Таня протянула руку, сначала коснулась его щеки, чтобы он остановился, а потом двумя пальцами аккуратно взяла комок и стряхнула его на тарелку.

– Ой, – Илья не до конца понял, что только что произошло. – Я ем как свинья, да?

Дьяконова не знала, что сказать, потому что он выглядел как ребёнок. Недоумевающий мальчуган, которого суровая мать отправила к сердобольной соседке, чтобы он не оставался дома один. И теперь он сидит в этой огромной кухне под высоченным потолком, такой маленький и тихий, что его не хочется возвращать туда, откуда он пришёл. Таня понимала, что в душе у неё просыпается почти материнский инстинкт, но пока не решила, хорошо это или нет.

– Ты не свинья, просто ватрушка такая… рассыпчатая, – выкрутилась Дьяконова. – Скажи, ты любишь книги? Тут недалеко открылась ярмарка под открытым небом, Давай сходим?

У Тани не было серьёзных отношений уже три года, два из которых она жила в Петербурге и училась видеть вокруг себя новых мужчин. Талантливых, состоятельных, горящих любимым делом. Не таких, какие были там, откуда она родом.