Проверка началась

И теперь Таня шла рядом с Ильёй и ощущала себя на подступе к новому этапу жизни, когда снова хочется бежать на встречу под дождём и судорожно хватать телефон, когда тот вечером пиликает под подушкой. Оказалось, что в двадцать три года всего этого хочется так же сильно, как в шестнадцать.

На книжной ярмарке за прямоугольными очками Ильи мелькнули искры любопытства – особенно когда они подошли к разделу технической литературы. Таня редко видела его таким увлечённым без компьютерных игр.

– Всё такое сложное.

Это про что вообще книжки? – спросила она.

– Конкретно вот эта книга – про языки программирования. Они сложные только на первый взгляд. Когда ты уделяешь время компьютеру, узнаешь его, потом тебе уже так не кажется.

– Я даже принтер не могу подключить, – Таня развела руками, а затем взяла со стеллажа книгу «Ноутбук для чайников».

– Ну, у тебя же теперь есть я, – тихо, чтобы слышала только она, сказал Илья. У Тани едва не подкосились ноги.

Когда Саша и Таня приехали в Петербург, они не сразу смогли осознать, где именно теперь живут.

Из-за долгих смен на нелюбимой работе, мрачного двора за окнами съёмной комнатки и духоты переполненной подземки они не видели всего того, за что принято любить Петербург. Не видели малиновых закатов над Невой, строгой геометрии проспектов, конных экипажей на Дворцовой площади. Они были в центре только трижды за первый месяц жизни в этом городе, всегда поздним вечером, в дождь или слякоть. Тане больше понравился Исаакий, а Саше – Казанский собор. Но тогда они смотрели на величественные колонны и купола скорее взглядом туриста или петербуржца-самозванца.

Примерно через пару месяцев, когда они встали на ноги и уже могли думать о переезде в отдельную квартиру, Саша сказала, что больше нельзя ждать. Им нужно отдохнуть и дать себе убедиться, что они именно в Петербурге, а не в этом бытовом аду с рёвом блатных песен за стеной. Тогда Таня предложила подняться на колоннаду Исаакиевского собора. И только увидев город с высоты они поняли, что новая жизнь действительно началась.

Петербург оказался многогранным: на фоне блестящих на солнце шпилей в небо поднимались заводские трубы, дома с нарядными фасадами ближе к горизонту плавно перетекали в новостройки, и сложно было сказать, с какого района и с какой улицы начинается другая архитектурная эпоха. На просторных зелёных газонах как в американских сериалах сидели люди с корзинами для пикника и гитарами.