Никто не избегнет блаженства. Часть первая

Этьен слушал молча, почти равнодушно и рассеянно, лишь изредка переспрашивая меня о чем-либо. И постепенно я заметила, что он акцентирует внимание в моем рассказе именно на том, о чем я не договариваю. Ну и еще на кое-каких деталях, касающихся исключительно моей нескромной персоны.

И тогда я вдруг почувствовала себя маленьким ребенком, и мне от этого стало не по себе, но вместе с тем так хорошо и тепло, как никогда на свете.

Мутные капли игриво подпрыгивали в лужах, порождая концентрические круги.

Теплая дождевая вода приятно омывала мои щиколотки, оставляя в шлепанцах щекочущий ступни песок.

– Ну, мне пора, – проговорил Этьен, так и не дойдя до моего подъезда.

И тут я кинулась к другу на грудь (он был высок настолько, что я едва доставала до его шеи) и прижала его к себе крепко-накрепко, прочно сцепив пальцы под гитарой. Я готова была так стоять целую вечность. Но помнила наш уговор не видеть его развоплощения, и мне стоило больших усилий разжать руки, быстро выхватить у Этьена свою сумку, резко отвернуться и убежать.

Мне так хотелось, чтобы он никогда не умирал!

– Я всякий раз гадаю: встречу ли я тебя еще хотя бы раз в жизни или нет, – сказала я ему однажды.

– Встретишь, если захочешь, а вообще, никогда не думай об этом заранее, – безмятежно мудрствовал Этьен.

Мы сидели на мокрых порожках Центра научно-технической информации.

– Но почему ты всегда встречаешь именно меня?

– Наверное, потому что редко кто любит рассматривать дождь, стоя на улице без зонтика и поднимая лицо к небу.

А может быть, по какой-нибудь другой причине? На свете существуют закономерности и всевозможные хитросплетения, не подвластные нашему пониманию.

– Я не всегда гуляю без зонтика, я просто люблю рассматривать небо. Причем, независимо от того, идет дождь или нет.

Вдруг Этьен неожиданно рассмеялся.

– Ты чего? – опешила я.

– Сейчас моя любимая летная погода, – глумливо произнес он.

Это прозвучало настолько заразительно, что я не выдержала и тоже рассмеялась вслед за ним.

И так мы хохотали и хохотали, словно два идиота, вперившие взор ввысь, вымокнув до нитки, но зато вооружившись водоотталкивающими очками новейшей разработки (где и как Этьен сумел раздобыть их, для меня осталось загадкой). Но потом смех куда-то улетучился.

– Мой отец летал и не в такую погоду, – почему-то вспомнилось мне.

– А на чем он летал?

– Последние годы больше пилотировал «Конкорд».