Погасшие звезды Ахирона

– Понимаю, – ноариец отвернулся, его браслет звякнул, оповещая о доставке сообщения. Вот и прекрасно, займет себя делом, мои же мысли утекли в совершенно другое русло.

Ответ от капитана Гаррисона практически жег мне запястье, обернутое композитным сплавом браслета. Едва дождался окончания беседы с Его Высочеством и спокойно вышел, заблокировав дверь, а потом, наплевав на все, ринулся в собственную каюту, пугая встреченных по дороге офицеров. Несколько фраз заставили оба моих сердца биться в бешеном ритме: «Доступ на Викторию разрешен.

Ждем к ужину». Я будто опьянел от счастья, и простые серые стены казались мне божественными садами. «В котором часу у землян ужин?» – лихорадочно соображал я. К черным дырам условности! Отправлюсь немедленно! Мне необходимо увидеть ее!

Элиза Кроуфорд

– Звездочка, просыпайся, – нежно шептал кто-то на ушко, щекотно обдавая дыханием.

«Неужели опять мое дежурство?» – медленно и нехотя всплывало в голове. По ощущениям я вообще только закрыла глаза, а уже нужно вставать.

Пока вяло пыталась сообразить, что же делать, теплые губы невесомо скользнули по шее вниз к плечу. «Это еще что за новости?» – возмутилась я и попыталась перехватить самоубийцу за шею, но встретилась с неожиданной проблемой: не получилось обхватить даже половину. Над ухом раздался смешок.

– Узнаю свою боевую малышку, – низко пророкотали рядом.

– Шейн! – воскликнула я и счастливо уставилась в хитрые янтарные очи, но несколько подрастеряла свой пыл.

 – Не подскажешь, что, собственно, происходит?

– А что происходит? – с выражением святой невинности на широко скалящейся морде здоровяк хлопал глазками.

– Ладно, – прищурилась, рассматривая его счастливое лицо, – почему ты целовал меня в шею? – и замерла в ожидании ответа.

– Кто целовал? – праведно возмутился этот бесстыжий керв. – Я не целовал, – еще и головой помотал для верности, но слабоумием не страдала, а потому продолжила свой допрос, тем более, что кожу все еще приятно покалывало от касаний сладких губ.

С боевым кличем диких племен с Эпсилон-5 запрыгнула на широкую спину Шейна:

– Признавайся! – весело хихикнула и чувствительно прихватила зубами шикарную трапециевидную мышцу на плече.

Внезапно всю дурашливость как ветром сдуло, массивное тело подо мной напряглось и странно завибрировало, словно в груди у него урчал большой кот.