Прощённая

Одно удовольствие будет наблюдать, как от её дыхания грудь приподнимется, и струя потечёт вниз, до края пупка, и нырнёт в него, заполняя моим запахом.

Алиса худенькая, но очень женственная. Сочетает в себе хрупкость и мягкость. Хрупкость, ничего общего не имеющую с плоскобёдрыми анорексичками, которые уверены, что мужчине нравится сотрясать на себе обтянутый кожей скелет. И мягкость, которая фантастически далека от рыхлости, но близка к плодородию. Она как увлажнённая сильным дождём почва, готовая принять семя, и дать ему прорости.

Кожа слегка натягивается над её рёбрами, когда девушка отводит назад руки, позволяя платью соскользнуть к её ногам. Животик у неё изумительный. Чуть выпуклый книзу, и наверняка очень мягкий. Такой же манящий, как и треугольник лобка, увенчанный узенькой расщелиной. Взглянуть бы на неё в другой проекции – вот что занимает мои мысли. Попросить её раздвинуть ножки пошире, и хорошенько рассмотреть снизу то местечко, где сегодня был мой член. Такое тесное местечко, будто я действительно был у неё первым.

В щёлке между скованными бёдрами бледно-розовые следы. Никогда у меня не было девственницы. И это оказалось любопытно. Пусть она была и ненастоящей. Тем не менее, ощущения непередаваемые. Готов поспорить, что когда она вздрогнула всем телом подо мной – был именно тот момент, в который я рвал её плеву. Особенно сладко было осознавать, что ласка моих рук эту боль заместила и нейтрализовала. Что незатейливые движения приносили ей наслаждение, заставляя забывать о физических страданиях.

Значит, она знает, что я могу сделать ей хорошо. И будет стремиться к этому, а не к наказанию. Соответственно, будет послушной девочкой. А ещё это значит, что если я постараюсь сильнее, её тело будет биться в судорогах от оргазма.

Сегодня она кончила. И когда будет кончать в следующий раз, я просто обязан видеть её лицо. Я хочу видеть её настоящей, когда она не симулирует, когда она действительно ощущает то же, что и показывает.

Спустила бретельки бюстгальтера, скрестив ладони на груди.

Выпустила кусочек белой ткани на пол. Послушно, даже решительно убрала руки, открывая мне грудь.

Хочется прямо сейчас подойти к Алисе вплотную. Обхватить её за талию, поднять над полом. Заставить выгнуться в моих руках. И держать так крепко, чтобы она и дёрнуться не могла. Держать её изгибающееся в муке ожидания тело, как держат питейный рог для вина. Прильнуть губами к её груди. И сосать. Посасывать её соски. Долго. Сладко. До её полного изнурения.